Озадаченная Мари усадила девочку на колени, и карандаш снова заскользил по бумаге, с легкостью очерчивая круглые, перемазанные сажей щечки, пухлые губы… Самое мудреное всегда – глаза, а в данном случае они отражали очень сложную маленькую душу… Когда Хэтти подняла взгляд, она с удивлением обнаружила несколько пожилых женщин, стоявших вокруг нее, вытянув шеи.
– Прямо как фотокарточка! – потрясенно воскликнула Мари.
Хэтти встряхнула уставшую руку.
– Это всего лишь набросок.
Похоже, Энни впечатлило сходство. Она крепко вцепилась в листок.
– Ну, теперь неси его домой и покажи маме!
Уютная атмосфера рассеялась: в поселок стали возвращаться окончившие смену шахтеры – группы мужчин и целые толпы детей. Судя по любопытным взглядам, Хэтти вызвала у них большой интерес, как и они у нее. Осознав, что именно видит, девушка схватилась за сердце.
– Сколько детей, – прошептала она. – Неужели они работают на шахте?
Мари проследила за ее взглядом и увидела двух мальчиков, спешивших мимо.
– Да, мэм.
Они ведь ненамного старше Энни! Следующее потрясение не заставило себя ждать – по дороге шагали женщины, одетые очень странно. Внизу штаны, сверху – набедренные повязки, едва прикрывающие бедра. Они шли, взявшись за руки и непринужденно болтая, а сами были практически голыми! Возмутительно! Любопытно! Внезапно в поле зрения Хэтти возник ее муж. Лохматые волосы скрывала шляпа, зато знакомую походку узнала сразу. От нехорошего предчувствия у нее внутри все сжалось. Пожилые женщины, которые рассматривали набросок, обменялись взглядами, подхватили детей и разошлись.
– Гм, – сказала Мари.
– Возвращайтесь в гостиницу, – предложила Хэтти. – Похоже, сопровождение мне больше не требуется.
К тому времени, как Люциан подошел к скамейке, служанка исчезла. Он по обыкновению сердито посмотрел на жену сверху вниз.
– Миссис Блэкстоун.
– Сэр.
– Не желаете пройтись со мной до гостиницы?
Зачем он вообще потрудился облечь свой приказ в форму вопроса?
Хэтти собрала карандаши. Утром она проснулась со странным ощущением, что его присутствие в постели подарило ей тепло и чувство защищенности в этой чужой, непривычной обстановке. Похоже, она жестоко ошиблась: муж выглядел недовольным и встрече явно не обрадовался. Он заметил, что она едва за ним поспевает, и сбавил шаг, но завести разговор даже не пытался.
– Я видела женщин, которые возвращаются из шахты в штанах, – попыталась Хэтти нарушить неловкую паузу. – Здесь так принято?
– Ну да, угольщицы, – сказал он, не сводя глаза с гостиницы. – Их тут много. На месторождении в Уигане почти всем заправляют женщины.
– Я должна рассказать Люси, – прошептала Хэтти. – Она возглавляет отделение организации суфражисток в Оксфорде, – пояснила девушка. – Даже не знаю, известно ли ей…
– Уверяю вас, угольщицами движут иные соображения.
– Вы о чем?
Наконец он остановился и посмотрел на нее мрачно.
– Они носят штаны не для того, чтобы леди скрипели зубами в притворном ужасе или меняли законы, а потому, что только так и могут работать, – заявил Люциан. – Они вам не уродцы, на которых можно пялиться, как на экзотику!
Хэтти ахнула.
– По-вашему, я так думаю?
– А эти дети, – продолжил он, – вам не игрушки.
Люциан зашагал прочь, решив, что тема закрыта.
– Ну конечно! – воскликнула девушка, едва за ним поспевая. – Вы же считаете меня высокомерной соплячкой!
– Вы сами выставили себя таковой, явившись сюда с этой штуковиной. – Он презрительно кивнул на голубой зонтик, которым она прикрывалась от солнца.
Хэтти обиделась до глубины души, хотя к его жестокости вроде бы успела привыкнуть.
– Моей коже все равно, где сияет солнце! – ответила она, дрожа от негодования. – Или вы хотите, чтобы я обгорела до ожогов, доказывая, что я хорошая?
Лицо мужа вытянулось, словно он уловил в ее голосе готовые пролиться слезы.
– Нет, – проворчал он, – нет, я…
– А мне думается, что хотите. У вас нет ни малейшего желания наладить наши отношения!
Хэтти рванула вперед, и дорога расплывалась у нее перед глазами. Ну и не надо, думала она, ну и неважно! Тем не менее она переживала, что делало ее несчастной вдвойне. Дежурившая за конторкой Мари приветствовала Хэтти с заметной опаской, и она попыталась ободрить девушку широкой улыбкой. Когда она влетела в ненавистный номер, в ушах все еще стучала кровь. Отшвырнув зонтик, Хэтти стянула перчатки и сорвала шляпку. Блэкстоун мог бы проявить порядочность и отправиться куда-нибудь подальше – к примеру, на свой пустой трон в царстве мертвых!
Дверь распахнулась, и Хэтти замерла под его горящим взором. Люциан подошел близко-близко, едва не коснувшись коленями юбок. Хэтти взмахнула руками, но он вцепился в ткань на бедрах, притянул ее к себе, и мысли девушки разлетелись в разные стороны. Он смотрел так пристально, словно хотел заглянуть прямо в душу.
– В тебе есть многое из того, что я презираю, – хрипло выдохнул он, – и все, чего я желаю. Это буквально сводит меня с ума!
Сердце Люциана бешено билось в унисон с ее, и Хэтти охватило уже иное возбуждение.
– В том нет моей вины, – прошептала она и уцепилась за лацканы его сюртука.
