– Насколько я понимаю, там полно девушек, у которых нет партнера для танцев, – принялась уговаривать Хэтти.
– Танцевать с шахтерами?! – взвился он.
Мэтьюс стал сам на себя не похож: вежливый, нервозный человек превратился в озлобленного спесивца.
Хэтти попятилась.
– Я не хотела вас оскорбить.
Он пригладил волосы, и угодливое выражение вернулось на место столь непринужденно, что Хэтти усомнилась, действительно ли видела его другим всего пару секунд назад.
– С вашей стороны – большая любезность их посетить, мэм, – протянул Мэтьюс. – Это весьма познавательно с антропологической точки зрения.
– При чем здесь антропология?
– Как вам сказать… Это место напоминает мне о метком наблюдении Сэмюэля Джонсона о Шотландии, – хохотнул он. – «Самая благородная перспектива, которую когда-либо доведется увидеть шотландцу, это прямой путь в Англию!»
Хэтти стало неловко.
– Боюсь, я не вполне вас понимаю.
– Да ладно вам, – нервно усмехнулся Мэтьюс. – Вы же знаете, о чем я.
Полной уверенности у Хэтти не было, но она подозревала, что он имеет в виду что-то нехорошее. Она вспомнила, как представляла Люциана в образе варвара в килте и с мечом, и вспыхнула. Отчасти ей нравился этот образ, однако теперь до нее дошло, что низводить человека до такого уровня несправедливо.
Она кивнула Мэтьюсу без тени улыбки. В последнее время Хэтти пересмотрела отношение к некоторым привычкам. Намеренно лишив улыбок своего недостойного мужа, она внезапно осознала: чаще они выражали вовсе не столько радость, сколько желание сгладить острые углы. Любая мало-мальски самостоятельная женщина должна уметь контролировать движения своих губ.
В нижней зале ее встретили волна теплого, влажного воздуха и бурный смех, оттеснив странную стычку с Мэтьюсом на задний план. Столы и стулья отодвинули к стенам, чтобы освободить место для отплясывающей традиционный шотландский танец толпы. Хэтти помялась в сторонке, ища знакомые лица и подпрыгивая на носках в такт скрипке. Мари заметила ее и отвела к невесте – сияющей от счастья темноволосой молодой женщине. Та приветливо рассмеялась и приняла подарок с таким видом, словно Хэтти – обычная гостья, и жестом предложила ей присоединиться к танцующим.
Наверное, уйти следовало сразу. Мари в синем, как дикий гиацинт, платье и с уложенными в корону косами больше пристало веселиться со всеми, а не тратить время на Хэтти из чувства долга. Девушка позволила себе лишь один тоскующий взгляд на танцоров, которые выписывали какие-то загадочные фигуры прямо перед ними. Невеста танцевала с отцом, мистером Бойдом, и он смеялся, кружа ее. В толпе мелькнули рыжие волосы Рози Фрейзер.
– Как думаешь, трудно научиться танцевать рил? – поинтересовалась Хэтти, подавшись вперед.
Мари недоверчиво на нее покосилась.
– Вы что, никогда не ходили на кейли?!
– Что такое кейли?
Мари расхохоталась.
– Конечно же вечер с танцами! Хэмиш! – Она похлопала по плечу рыжеволосого парнишку со стаканом эля в руке, который громко разговаривал с группой молодых людей.
Тот обернулся, и Хэтти его узнала: это он рубил дрова за кухонным окном Рози Фрейзер. Глаза у него были яркого, поразительно насыщенного василькового цвета. Куртку он снял – в гостинице стояла духота.
– Хэмиш, прикинь, – проорала Мари, силясь перекричать волынку, – миссис Блэкстоун ни разу не ходила на кейли! Она даже не знает, что это такое!
– Вот это да, – улыбнулся Хэмиш, и на щеках его появились ямочки.
Хэтти улыбнулась в ответ. Похоже, Люциану удалось добиться уважения шахтеров, что довольно непросто. Хэмиш легонько толкнул Мари в плечо.
– Сдается мне, мадам и виски никогда не пробовала.
– Нет, не довелось, – признала Хэтти.
Мари изумленно округлила глаза.
– Ни единой капли?
– Нет.
– А как же наш «Оштермучти» из свадебной корзинки? – разочарованно спросила девушка.
– Я храню его для особых случаев, – поспешно заверила Хэтти. – Зато я пробовала херес. Моя тетушка его обожает.
– Херес, – протянул Хэмиш, добавил что-то по-шотландски, и Мари ткнула его в грудь.
– Ладно, – решилась Хэтти. – Я попробую.
Разве от капельки может быть вред?
– Почетная гостья, почетная гостья! – прокричал Хэмиш, возвращаясь из бара с тремя стаканами, которые держал над головой. – За ваше здоровье!
Хэтти выпила. Огонь! Рот и горло обожгло, она принялась кашлять и чихать, как старушка.
– Будь умницей, – обратилась Мари к Хэмишу, проглотившему свое виски залпом. – Сходи и принеси миссис Блэкстоун эля.
– Эля?! – прохрипела Хэтти, обмахиваясь руками.
Ей вручили кружку темного эля с пеной, и горлу полегчало. После пары глотков голова Хэтти закружилась, зато кашлять она перестала и смогла допить свое виски.
– Как насчет танцев? – спросил Хэмиш.
– О, соглашайтесь! – воскликнула Мари. – Я встану с вами в пару.
Взгляд Хэтти заметался между Мари и кружащимися, топающими, хлопающими в ладоши парами.
– Прямо сейчас?
– Нет, немного подождем. Хэмиш, сходи-ка узнай у Арчи, какой танец следующий?
