Ответ ему был не нужен, поэтому я пригубила горячий чай и потянулась к стопке ароматных булочек.
— Лорд Лотье оказался столь любезен, что даже выделил тебе охрану, — продолжил отец, и моя рука замерла, так и не коснувшись сдобы.
— Зачем? — нервно спросила я.
— Здесь глухое место, Лери. Охрана тебе не помешает.
"Особенно, если будет не охранять, а сторожить".
Злую мысль я оставила при себе. Никто из гвардейцев магией не владеет, так что ни один из них не сможет мне помешать.
— Как скажешь, отец, — выдавила я и заставила себя продолжить завтрак.
— Граф Дожье — неплохая партия, — неожиданно мягко сказал лорд Чарльз. — Не герцог Борнэ, конечно, но Павел достаточно богат, и ты останешься в столице. Рядом с нами и сестрой.
— Д-да, — с запинкой произнесла я, не поднимая глаз. Павел действительно хороший молодой человек, но замуж за него я не выйду.
— Ну что ж, не буду задерживаться. Мой конь уже готов, пора выдвигаться.
Мы стояли в небольшом холле у выхода. Отсюда были видны двери кухни и расположившиеся там люди герцога. Они вышли попрощаться с отцом, но тот отправил их обратно за стол.
— Сообщи, когда доберешься, — попросила я.
— Хорошо, — лорд Чарльз коротко обнял меня на прощание и вышел.
Я вздохнула, испытывая неожиданно сильную грусть от расставания с отцом, и отправилась исследовать дом. Нужно же было чем-то себя занять в ожидании фургона. Библиотеки в охотничьем поместье не было, зато я обнаружила комнату для рукоделия. Здесь, видимо, собирались дамы и коротали время, пока их мужчины пропадали на охоте.
Я провела в комнате почти час, разглядывая начатую вышивку, недовязанные вещи и недоплетенные обереги. Потом мне на глаза попался отрез тёмно-синей ткани, и я не удержалась: прихватила его, а также серебристые нити, квадратные пяльцы, набор иголок и мелкого бисера — и унесла все богатство в свою спальню. Сидеть одной в просторной комнате для рукоделия мне было неуютно, поэтому я с удобством устроилась на кровати и занялась тем, что не особенно жаловала в детстве и юности. Вышиванием.
Однако стежки ложились ровно и гладко, постепенно складываясь в вензель Борнэ. Занимая время и мысли.
Мне повезло: фургон приехал этим же вечером. Я только успела поужинать, когда услышала шум внизу. К сожалению, окна моей комнаты выходили во внутренний двор, но прибежавшая Янина подтвердила: моя одежда действительно прибыла.
А через несколько минут Дарин и сестры начали заносить вещи в мою комнату. Вскоре четверть спальни оказалась занята обернутыми в одинаковую ткань и перевязанными лентами свертками.
— Часть вещей перенесем в соседнюю комнату, — пообещала Жанна. — Здесь оставим только нужные.
— Людям, которые привезли мои вещи, выделили комнату? — спросила я, рассматривая груду свертков и гадая, в котором из них я смогу найти сменную одежду.
— Да, леди. Кучер и его помощник сейчас ужинают. Сказали, что уедут утром.
— Мне нужна ваша помощь, чтобы разобрать свертки.
— Конечно, леди. Приступим утром?
— Нет. Хочу спать в своей сорочке, — я изобразила капризную гримаску. Служанки переглянулись и покорно двинулись к горе свертков.
Мы разбирали вещи до полуночи, но успели разложить только половину. В какой-то момент на глаза мне попалась коробочка с косметикой, а среди баночек — флакончик магического зелья, который я не успела использовать. На всякий случай решила прихватить его с собой.
— Достаточно, — наконец объявила я и, демонстративно зевнув, добавила. — Завтра встану попозже. И к завтраку спущусь сама.
Горничные торопливо покинули комнату. Я невольно усмехнулась, понимая, что вношу суматоху в их размеренную и спокойную жизнь. Дождалась, пока затихнут шаги, вытрясла саквояж и заполнила его свежей сменой одежды. Поразмыслив, туго скатала одеяло и запихнула туда же. Скорее всего, в фургоне нет сидений, и всю дорогу мне придется сидеть на полу, так что мягкая подстилка лишней не будет.
Правда, саквояж раздулся и закрылся с большой неохотой, но на такие мелочи я внимания не обратила.
Тревожило меня другое — страх пропустить отъезд фургона. Поэтому я решила не спать. Соорудила из свертков очертания человеческой фигуры и накрыла их покрывалом. Сама пристроилась рядом и снова взяла пяльцы.
К рассвету все пальцы были исколоты, глаза слипались, а желание заснуть стало невыносимым. Я несколько раз ходила умываться, но холодная вода помогала лишь на короткое время.
"Отоспишься в фургоне!", — шипела я на саму себя, но тут же снова начинала зевать.
Часа через два после полуночи я предприняла набег на кухню и кладовку, чтобы собрать немного еды в дорогу. Но это лишь ненадолго отогнало сон, и вскоре я снова начала клевать носом.
Пытка закончилась, когда где-то в доме послышались первые голоса. Сонливость исчезла без следа. Я торопливо оделась и, прихватив объемный саквояж и узел с едой, ушла в тени. Стараясь не шуметь, осторожно спустилась на первый этаж.
Кухарка и одна из служанок готовили завтрак. Мужских голосов я не слышала, значит, конюх с помощником ещё не спускались. Но я решила не рисковать и подождать в фургоне.