Думаю, они здесь для того, чтобы я понял, что сопротивление бесполезно. Стражи в деревне много, около сотни, так что эти трое олицетворяют сотню мечей.
— Какая милая компания — голос главаря был молодым, а тон дерзким и наглым — Кузнец, маг, алхимик… и мальчик на ящерице. Вы принесли мою дань? Или решили устроить представление нам с ребятами какое-то представление с ящерицей?
Сам главарь был одет в одежду с вышитым черепом на груди. Я такие никогда не видел, но и нескольких других головорезов были точно такие же накидки.
Наша группа остановилась, Я сидел на Бронни, ее очень горячее дыхание клубилось в прохладном вечернем воздухе.
— Никакой дани больше не будет — сказал я — Эти люди больше не платят тебе. И более того, ты уйдешь из деревни. Сегодня.
Головорезы засмеялись, но главарь откинул темный капюшон и поднял руку, смех стих. Он сделал шаг вперед, его глаза хитро сузились:
— Ты украл у нас золото. Убил моих людей. И теперь привел сюда стариков, чтобы они дрожали за твоей спиной? — он кивнул на Гризвольда — Кузнец, твоя дочь всё ещё работает в таверне, да? Мы это знаем. будет грустно, если она однажды не придет домой, да? А ты, алхимик, твой магазин выдержит случайный пожар?
Гризвольд хрипло прорычал, достав и сжав в руках длинный меч:
— Тронешь мою семью — скую из твоих костей гвозди для подков, а кишками удобрю землю под помидоры в саду.
Милли холодно и стервозно улыбнулась кончиком губ:
— Попробуй поджечь хоть что-нибудь, и твои люди станут пеплом раньше, чем успеют вздохнуть — женщина брякнула двумя склянками с ярко-оранжевой жидкостью.
Бандиты снова рассмеялись, через секунду главарь начал снова:
— О, как я люблю гордых людей. Они дольше кричат и громче кричат в последние мгновения жизни — он повернулся ко мне — А ты интереснее всех. Думаешь, этот ящер сделает тебя непобедимым?
Бандит щелкнул пальцами, и из толпы вышел худой человек с луком. Стрела с черным наконечником была направлена на Бронни.
— Один выстрел и твоему пушистику крышка. А потом мы отравим его, по кусочкам в…
Я не стал его слушать и прервал речь:
— Ты слишком много говоришь для того, кто не боится драки. Если ты такой сильный, то почему привел с собой почти что армию? Кишка была тонка прийти с самыми близкими грабителями? Думал, этого будет мало, чтобы запугать меня? Так вот я тебе скажу — я чуть пригнулся сидя на Бронни — Хоть бы ты привел сотню человек, мы все равно бы не дрогнули.
Бандит замер, его лицо исказила гримаса ярости, но через мгновение он снова улыбнулся:
— Хорошо. Давай договоримся. Ты и я… Сразимся здесь и сейчас. Если победишь ты — мы уходим. Если я… — он провел языком по лезвию кинжала, продемонстрировав всем кровь на языке — То вы все умрете медленно и мучительно, а деревня будет платить вдвое больше!
Бронни зарычала, когда этот головорез повысил голос, но я поднял руку, остановив ее.
— Нет — ответил я — Мы не будем играть по твоим правилам. Вот мое предложение: убирайся сейчас, или твоя банда станет удобрением для полей, как сказал кузнец.
Хуго все это время молча стоял, взял посох двумя руками. Руны на нем неизменно светились. Главарь засмеялся, но смех оборвался, когда Милли бросила на землю флакон с зельем.
Прогремел взрыв, языки оранжево-красного пламени, облизали грабителей, парочке из них оторвало ноги, которые улетели в неизвестном направлении.
Я с изумлением посмотрел на Милли, но уже было поздно что-то предпринимать. Бандиты тут же отбежали от огня, достали оружие и заорали. Наша команда также подготовилась, сделав пару шагов назад. Я по прежнему был на Бронни и достал свой легкий арбалет.
— Вам всем конец, старики долбаные! Убить их всех! — завопил главарь.
— Начинаем! — крикнул я.
И воздух снова взорвался грохотом, когда Милли швырнула вторую склянку. Зеленоватая жидкость, ударившись о землю, вспыхнула ослепительным зеленым пламенем, сметая одновременно пятерых головорезов, почти мгновенно обратив их в пепел. Их крики потонули в реве Бронни, ее хвост, словно гигантский кнут, рассек воздух, сбивая двух бандитов, пытавшихся окружить кузнеца.
Великан Хуго одним ударом посоха переломил какому-то бандиту хребет. Тот упал на обвисших, обессиленных ногах-сосисках как тряпичная кукла. Он уже в полете был мертв.
Затем маг-великан взмахнул посохом, и синий барьер из магического пламени окружил всех нас. Магический барьер переливался молниями, он с легкостью отразил град стрел, который выпустили бандиты стоявшие чуть поодаль вместе со стражниками. Стражники, твари такие, тоже стреляли. Стрелы просто прогорали за долю секунду, пролетая через барьер, на нас просто осыпался уже пепел.
Одна из стрела все-таки пробила защиту, когда синяя руна на посохе Хуго погасла. Стрела вонзилась мне в руку, как раз в ту, которой я стрелял из арбалета. Стиснув зубы, я прицелился в лучника, тот выглядывал из-за мельницы, и выстрелил. Тело бандита с арбалетным болтом в горле рухнуло вниз.
Никто из нашей группы не выходил за барьер, пока он был активен, но сейчас Гризвольд понесся в атаку. Его прикрывал я и Гиталия.
