Орша – дурная станция. В Орше поезд может простоять и сутки.И, может быть, в Орше я, шестилетний, потерялся,А поезд с репатриантами тронулся, оставляя меняНавсегда. И я будто понял, что стану кем-то другим,Другого языка поэтом, с другой судьбою.Будто угадывал свой конец на берегах Колымы,Где бело дно моря от человеческих черепов.И нашла на меня тогда великая тревога,Та, которой предстояло быть матерью всех моих тревог.Трепет малого перед большим[30]. Перед Империей.Той, что идет и идет на запад, вооруженная луками, секретами,автоматами,Подъезжая коляской, лупя кучера по спине,Или джипом, в папахах, с картотекой занятых краев.А я убегаю да убегаю, сто, триста лет,По льду и вплавь, днем и ночью, лишь бы подальше,Оставляя над родною рекой дырявый панцирь да сундуккоролевских грамот,За Днепр, потом за Неман, за Буг, за Вислу.Пока не добегаю до города высоких домов и длинных улиц,И тревога меня терзает, ибо куда мне, деревенщине, до них,Ибо я лишь притворяюсь, что понимаю, о чем они рассуждаюттак живо,И стараюсь утаить от них свой стыд, свое пораженье.Кто меня накормит, когда иду на пасмурном рассветеС мелочью в кармане, на чашку кофе, не больше?Беженец из призрачных государств, кому ты будешь нужен?Каменные стены, равнодушные стены, ужасающие стены.Не моего ума порядок, а ихнего.Теперь уж соглашайся, не дергайся. Дальше не убежишь.<p>Из записной книжки офицера Вермахта Рудольфа Грёте</p><p>(1944)</p>Белый город на равнине под высоким небомДень за днем стоит под тяжким пушечным обстрелом,Линия домов от залпов крушится, чернеет.Сыплет груз бомбардировщик. Сплошь да сплошь пожары.Дым всё выше и всё гуще, до самого неба.Стал столбом над горизонтом, черной вертикалью.А людей не разглядеть мне в полевой бинокль.Огнестрельного оружья треск очередями.Но я знаю, чтó мы рушим. Малое свое.Поколения обоев. Древности варений.Запах капель от бронхита. Зеркала. Гребенки.Чашки с блюдцами и вазы. Платья в нафталине.Кровь, особенная жидкость, следа не оставит.Вещи же в осколках живы. Через годы станут,В металлических решетах слой земли просеяв,Брать рукою осторожно крупицу фарфора.<p>1945 год</p>
