— Вы абсолютно правильно поступили, уничтожив паучьего адепта. Продумайте, как вы будете уничтожать их в следующий раз. Устроит все что угодно — физическое повреждение, яд или другое. Только не заглатывайте целиком — я не уверен, что зараза не передастся.
— Понятно, сказал Креокатль и уплыл в глубину.
Мы с Овелармом продолжили подъем. Через какое-то время над водой замаячил висящий камень. Когда мы вынырнули рядом, я с удивлением обнаружил на нем Дорна.
— Серый! Наконец-то! Тебя не было больше 2-х месяцев, и я полетел тебя искать.
— Как же ты меня нашел? Я же очень далеко?
— Не забыл, что я вижу Серое? Правда без Тиэллы я бы не справился — я почти не тратил сил на полет, а голодным в океане не останешься.
В это время Овеларм носом поддал снизу мой пузырь и я выскочил на камень. Он показал свою огромную зубастую пасть из воды. Дорн с удивлением на него смотрел.
Овеларм, глядя на меня, ментально сказал:
— Я, Овеларм, сын Океана, приношу тебе клятву полного подчинения. Отныне я и все мои потомки принадлежат тебе. Ты волен распоряжаться мной по своему усмотрению.
— Я, Юджин Серый, принимаю твою клятву, Овеларм, сын Океана. Отныне ты и твои потомки мои.
У него на носу появилась свеча, которая мгновенно сгорела, а потом я наклонился и взял из его пасти огромный темно-синий камень, который немедленно впитался в мою руку и у меня на «мониторе» загорелась огромная темно-синяя звезда.
— Познакомьтесь
Дорн и Овеларм потянулись друг к другу носами и потерлись. Произошел контакт.
— Видели бы вы себя со стороны человеческими глазами — любой бы от страха обгадится.
— Так одно удовольствие будет без дерьма есть, «улыбнулся» Овеларм.
И так это было сказано, что мы успокоились от хохота, наверное, минут через 15.
Пока летели, я связался со своими:
— Креона, что у тебя?
— Любимый! Наконец-то! Мы уже извелись — даже Дорна отправили на поиски. Он не хотел лететь, но не посмел с нами, беременными, спорить. Только ворчал, что самки людей хуже, чем драконы на яйцах. Мы с Тиэллой чудно живем у меня. У нее, кстати, теперь тоже дракона есть, и они с Сиок очень дружат. Зиппиус, наконец, побывал в Драконьем гнезде. Он теперь тоже «одраконен» — так что все трое у меня живут. Его дракончик самый молодой и такой же зеленый, как Сиок. Кстати его Оорра тоже беременна, и он совершенно счастлив. А еще, ему Корхарн инструменты сделал. Мы их, как и мой набор, в источник погрузили, правда, такого эффекта как на моих — не достигли. Но и без этого просто великолепные результаты. Мы с ним разрабатываем теорию хирургических вмешательств, при помощи тентаклей — это будет новое слово в медицине. Он уже в университете факультет специальный открыл, но каждый месяц на неделю ко мне ездит — с драконом своим повидаться.
— Понятно, рад. Как вы с Тиэллой себя чувствуете?
— Ну, у меня не первая беременность, как ты знаешь, так что ничего неожиданного. А у Тиэллы был токсикоз поначалу, но сейчас вроде все прошло. Вообще, она хорошая девочка и мне очень помогает.
— Отлично! А я, кажется, вычислил, где может быть паучье гнездо.
— Где?
— В Горах на севере.
— Слышала про них — гиблое место. Без Дорна я тебя туда не отпущу, что хочешь делай.
— Женщина!
— Никаких «женщина»! Ты прекрасно знаешь, что вы с ним половинки и он сможет тебе помочь, если что.
— Ладно-ладно, разберемся. Не оставлю я вам его на съеденье.
Затем связался с Фрикой:
— Как дела?
— Хозяин! Как же мы скучали и волновались! А когда Дорн твой камень нашел — вообще чуть с ума не сошли.
— Все нормально, не волнуйтесь. Готовь экспедицию к источнику, как мы и говорили.
— Наконец-то!! Завтра и выходим — давно почву подготовили. Будет пышная церемония — я, кроме придворных, всю местную Желтую школу беру — им, в любом случае, будет полезно.
— Что у вас с драконами?
— Наконец-то все у нас! Летают над городом каждый день. Сначала народ боялся, а теперь не только привык, а и считает за достопримечательность. Недавно Сол Корхарну какого-то мальчишку за шкирку притащил — тот через забор перелез. Выяснилось, что он оказался неавторизованным Коричневым. Корхарн его к себе в ученики взял. Вообще Корхарн изменился сильно — скалу гранитную напоминает. Но какие вещи делает — закачаешься. На его оружие запись на год вперед, а ценится оно — по собственному весу золотом. И то он не каждому делать будет. Бывало, посмотрит на человека, а потом и скажет: «не буду делать», а то и «пошел вон». Вот недавно отец одного повесы типа Тукура жаловался, что его отпрыск ходить не может. А оказывается, тот начал права качать и ему Корхарн пинка дал. Ну, я его на лечение в дальний гарнизон отправила. Жив останется — человеком вернется.
— Тукур-то где?
— Служит, как миленький. Просто пай-мальчик, куда что девалось.
— Ну и отлично. А что у вас с Голубыми?
