Мой мозг усилено работал. Это были всего лишь домыслы, ужасные домыслы. Но тот факт, что он молчал об этом... Я до этого гуглила Чейз Фармасьютиклс и не нашла ни единого упоминания о подобном. Это не было корпоративным альтруизмом. Это было личное. Он не хотел, чтобы кто-то знал, потому что делал это не для публики.
Внезапно, я почувствовала наплыв вины. Я засунула бумаги в кейс и поднялась наверх, пытаясь выбросить прочитанное из головы.
Глава 23
Следующим утром он захотел отправиться на пляж.
Ну, сначала, он хотел наградить меня тем, что называл
— Просто эта порка немного мягче, — сказал он мне. — Не скажу, что не больно, но не жжет. Для начала я тебя хорошенько разогрею, а затем, когда ты будешь готова, выберешь любую награду, какую только захочешь.
— Я могу выбрать только одну? — надула я губы.
Он усмехнулся.
— Не жадничай.
Мне удалось отодвинуть воспоминания о том, что я узнала вчера, на задний план, позволяя им затуманиться, чтобы они казались не больше чем просто страшным сном.
В итоге, он не смог противостоять тем звукам, что я издавала, пока он "разогревал" меня, и позволил мне получить мою награду немного раньше. Взяв меня грубо и быстро, наклонив над стойкой в ванной, он ударял меня по попке с каждым толчком, рыча от того, как я сжималась внутри от каждого шлепка. Когда он схватил меня за волосы и потянул мою голову так, чтобы я встретилась с ним взглядом в зеркале, я кончила настолько сильно, что увидела звезды.
После этого я не должна была смущаться от того, как он смотрел на меня в бикини. Возможно, смущаться неправильное слово, но я немного боялась, что нас унесет на публике, если он не перестанет.
Но все же ему удалось контролировать себя, и мы выстояли свой пост на пляже без инцидентов. Он захотел пойти в воду, ну, а я была рада остаться на берегу и понаблюдать за ним. Как оказалось, это было правильное решение. Лучше Бенджамина Чейза в низко сидящих плавках может быть только Бенджамин Чейз в мокрых низко сидящих плавках.
Спустя какое-то время он вернулся, оглядываясь вокруг, словно подозревая что-то.
— Мне кажется, что кто-то следит за мной, — сказал он. — И как бы мне ни хотелось списать это на мое невероятное тело, думаю, что причина может быть в другом.
— Банально, — пробормотала я, улыбаясь ему. — Все должно крутиться вокруг тебя, не так ли?
Я всего лишь дразнилась, но казалось, что эта фраза зацепила его. Он посмотрел на меня, растягиваясь на полотенце.
— Ты всегда ведешь себя, словно знаешь богачей так хорошо, — сказал он. — Ты что, специализировалась в политологии?
— Я выросла в курортном городке, — сказала я ему. — Работая. Убирая дома со своими родителями. Так что я знала много таких людей, как ты.
Он улыбнулся в ответ.
— Все наши грязные секреты. Ты когда-то пыталась шантажировать кого-то?
Я не могла не засмеяться.
— Был такой соблазн, но нет. Ничего особо сочного не было. Просто куча случайного мусора и пузырьков из-под таблеток. Все в порядке вещей.
Кивая, он потянулся, положив голову на полотенце.
— Мы каждое лето отдыхали в одном из таких домов. Было неплохо. Я помню, как надоедал родителям с вопросом о том, кто жил в нашем доме, пока нас там не было.
Я фыркнула. Забавно было представлять маленького Бена Чейза, такого же наивного, как и я. Не понимающего значения денег. Того влияния, которое он автоматически имел над такими, как я.
— Мне всегда было интересно, каково бы это было, — сказала я. — Нам всегда приходилось ехать в отпуск в несезонное время. Ничего особенного. Обычно мы шли в поход с палатками. Забирались так далеко от роскошных городков, как только могли. Но мне это нравилось, потому что все было по-другому.
Бен кивнул.
— Не думаю, что там было много парней.
Усмехнувшись ему, я перекатилась на бок.
— Хочешь — верь, хочешь — нет, но это не было моей основной заботой, когда дело касалось выбора места на каникулы.
— Хочешь сказать, что ни разу не влюблялась? Даже на лето? — Бен покачал головой. — Это самая грустная история, которую я только слышал, мисс Хэдли.
Несмотря на солнце, я чувствовала, как покрываюсь гусиной кожей. Мне нравилось, когда он называл меня так, но я понятия не имела, почему.
— Нет, — просто ответила я, пытаясь игнорировать поток ощущений, скручивающих мой желудок. — Ты действительно думаешь, что я позволила бы какому-то сыночку миллиардеров обвести себя вокруг пальца?
— А что? Твои родители не одобряли? — он казался запутанным.
—
Закатив глаза, я повернулась обратно на спину. Невозможно было вести нормальную беседу с этим парнем. Наши жизни слишком отличались, несмотря на странные пути, по которым они пересеклись.