Я тяжело сглотнула, бросая взгляд на предметы на кровати. Как назло, фантазия, которой я теперь была одержима, не подходила ни к чему лежащему передо мной. Может, мы не так уж и совместимы. Может, порка была случайным совпадением.
— Скажи, о чем ты думаешь, — подтолкнул он.
Свяжи меня и сделай вид, что похищаешь.
Ох, да, у меня была одна фантазия, которая включала в себя кабельные стяжки. Но как бы она ни ускоряла мое сердцебиение, я не была уверена в том, насколько хорошей была эта идея. С одной стороны, даже несмотря на то, что я доверяла ему, было серьезным шагом практически отдать свою жизнь в чьи-то руки. С другой стороны, это может испугать его.
После всего этого, теперь я боялась испугать
— Нам не обязательно говорить об этом сейчас, — произнес он, нарушая тишину. — Если тебе нужно время подумать…
— Ты когда-то притворялся кем-то, кем не являешься на самом деле?
Я сильно покраснела. Это был глупый вопрос. И сформулировала я его ужасно.
— То есть, естественно, ты играешь какие-то роли. Например, копа. Но я имею в виду… кого-то, отличного от того, кто ты в действительности есть.
Нет, это все еще ужасно. Почему я не могла просто заставить себя произнести это?
На его лице красовалась полуулыбка.
— Я определенно не коп. И я был раньше священником, если тебе нужен кто-то, чтобы простить все твои грехи.
Матерь Божья! Его голос стал глубже, когда он говорил это, и я почувствовала поднимающийся изнутри жар.
— Что же, не думаю, что у тебя есть подходящий наряд для этого, — сказала я, в ужасе от того, как хрипло прозвучал мой голос.
Его улыбка стала шире.
— Они
Мой мозг кипел. Нет, я не могла продолжать это. Не здесь, не сейчас. Мне нужно было время. Нужен был воздух.
Внезапно запаниковав, я встала. Не понимая, почему мой мозг хотел когтями прорыть себе путь наружу, я ощутила необходимость выбраться отсюда. Из этой комнаты, из этого дома.
К тому времени, как я смогла что-то видеть, я была уже на крыльце, опираясь на поручни. Бен, должно быть, подумал, что я сумасшедшая. Или еще хуже — подумал, что сделал что-то неправильно. Дерьмо. Почему я просто не могла быть честной с ним? Почему не могла сказать, о чем думала, вместо того, чтобы паниковать и убегать?
Я ненавидела свою неспособность противостоять этому. Страх, волнение, что бы это ни было.
Страх, что я была недостаточно хороша.
Вот что это было. Когда бы я ни пыталась сыграть какую-то роль или выступить где-то, всегда появлялся этот страх. Эта неадекватность. Я была настолько уверена, что мои мечты никогда не осуществятся, что мои карьерные амбиции были глупы и бессмысленны, что я не могла даже играть ради удовольствия.
Мне необходимо было перестать убегать от этого.
Решение моей проблемы было у меня перед глазами.
Когда я обернулась, я частично надеялась увидеть Бена в проходе. Но его там не было. Сердце вырывалось из груди от предвкушения. Я поднялась обратно наверх и нашла Бена на том же месте, где и оставила. Все игрушки были убраны, а его голова опущена, погруженная в мысли.
Я сделала глубокий вздох, вошла и встала на колени у его ног.
Глава 25
Дурак, дурак, дурак.
Я был просто чертовым тупицей. Эта девушка абсолютно невинна, неопытна, а я буквально высыпал мешок секс-игрушек на ее голову. Ожидая… чего именно? Что она превратится в ненасытную секс-кошечку?
Нет, я просто хотел ненавязчиво ознакомить ее с моим миром. Мне было наплевать на всю эту бутафорию, я лишь хотел, чтобы она была снова в моих руках — удовлетворенная и улыбающаяся. Любой способ, благодаря которому мы бы пришли к этому, меня устроил бы.
Мне не нужны были веревки или наручники, даже трость или ремень. Если бы мне всегда приходилось использовать только свою руку, то я бы снова слышал ее прерывистые стоны, ничего другого бы мне не нужно было. А чего еще мне хотеть? Она была идеальной.
Это удача, что я выбрал себе фальшивую невесту, которая таяла от моего прикосновения, словно мы были рождены друг для друга.
Почему все должно быть таким сложным?
После того, что произошло на кухне, я знал, что для меня нет пути назад. Провести с ней два года, притворяясь ее мужем, но не иметь возможности сделать с ней желаемые вещи — сущая пытка. И возможно, возможно, она бы все еще предпочитала ванильный секс, но его было бы недостаточно. Не тогда, когда я помнил, как она стонала и извивалась от каждого моего удара.
Когда она только выбежала из комнаты, я сначала подумал пойти за ней. Мне хотелось знать, что с ней все в порядке. Но в то же время, я не хотел давить на нее. Я пошел на компромисс и выглянул в окно. Ее едва было видно на крыльце, склонившуюся над перилами. Она все еще стояла на ногах и ее не тошнило, признаков гипервентиляции не было. Хорошо. Значит, во мне не нуждались.
Я сел и стал собирать свои глупые игрушки одну за другой.