Я услышала его усмешку, а следом скрипнула кровать. Мартин встал и застегнул свои брюки в давящей тишине. Я ощущала его пристальный взгляд на себе и дрожала, боясь пошевелиться, а затем шаги начали удаляться, и хлопнула дверь. Он ушел, а я разревелась. Ощущала себя побитой и грязной, не знала, как посмотрю в глаза Алексу. Я сползла с кровати, ощущая давящую боль внизу живота, и медленно поплелась в ванную комнату. Дрожащими руками повернула кран и пустила воду. Старалась смыть с себя грязь, его касания и его сперму, которая обжигала все внутри. Я терла себя мочалками и рыдала. Не знаю сколько времени пыталась смыть с себя его грязь, но мне не хотелось возвращаться на кровать, и я заснула в джакузи, наполненном прохладной водой.
Хотел закончить пораньше, но онлайн конференция с итальянскими партнерами закончилась только к пяти утра. Я устало выдохнул и облокотился на мягкое кресло.
"Надя, наверное, уже спит", — устало подумал и сделал пару глотков крепкого кофе.
Не хотелось проводить первую ночь в доме без нее, но работа требовала моего внимания. Мысли о Наде дарили тепло. Я закрыл рабочий ноутбук и отправился в нашу комнату.
Аккуратно зашел, чтобы ее не разбудить, но в спальне никого не обнаружил. Кровать до сих пор была непритронутой, и в груди образовалось волнение. Не понимал, почему она не легка спать и куда ночью ушла? Вышел из спальни и увидел приоткрытую дверь в ванную. Открыл ее и увидел Надю спящую в джакузи.
— Надя, — мягко позвал ее, подходя ближе.
Она не отозвалась, продолжая спать, положив голову на бортик ванны. Вода уже остыла, и на Надином лице проступили испарины. Я аккуратно дотронулся до ее горячего лба и выругался. Поднял жену из холодной воды, расплескивая воду по кафелю, и быстро понес в спальню. Закутал в теплое одеяло и выбежал на лестницу, приказав горничной вызвать врача и принести жаропонижающее, а затем сразу же вернулся к Наде.
— Надя, — звал ее, растирая холодное тело одеялом.
Горничная прибежала через пять минут с подносом медикаментов и начала лечить мою жену. Аккуратно приподнимала ей голову и вливала растворенные в воде таблетки, пока я держал Надю за холодную руку. Чувствовал свою вину, что она разболелась после нашего первого дня в Лондоне. Я дождался врача и выслушал утешительный диагноз — простуда. Пару дней постельного режима в тепле и она поправится. Так и не смог заснуть, обнимая ее озябшее тело и целуя в макушку. Когда рассвело, я спустился на первый этаж, встретив матушку
— Девушка из России заболела? — удивленно спросила меня.
— Мам, она моя жена, а не просто девушка, — ответил, подходя к холодильнику. — Ей сейчас лучше. Жар спал, и она спокойно спит, — достал апельсиновый сок и налил в стакан.
— Алекс, нам нужны здоровые наследники, — твердо сообщила матушка, и раздался звук открывающейся входной двери. — Мартин! — она радостно воскликнула и с улыбкой подошла к брату. — Опять ты всю ночь в своих опасных гонках участвовал, — пожурила его, стряхивая с плеч полурастаявший снег.
— Матушка права, — я согласился с ней, не одобряя опасные пристрастия брата. — Ты бы хоть иногда ночевал дома, а то только переодеться приходишь.
— Да? — он с легким удивлением спросил. — И что же еще делать в забытом в глуши доме? Тут же ску-ка, — он расслабленно подошел ко мне и перехватил стакан с соком. — Спасибо, — без благодарности произнес и за раз выпил половину сока из стакана.
— Ты не простудился? — матушка с заботой спросила, подходя к нам. — Надежда заболела, ей сегодня семейного врача вызывали, — она потянулась к пальто брата и помогла снять его.
— Немая… больная… — задумчиво перебрал брат, и удивленно спросил: — И как ты такую в жены взял?
— Я люблю ее, — твердо ответил, смотря в его глаза, и услышал неприятную усмешку.
— Любишь? — расслаблено, с легкой издевкой переспросил Мартин.
— Да, и прошу тебя, будь с ней мил, — настойчиво попросил. — Она моя жена, будь дружелюбен, хотя бы один раз в день, когда ее видишь.
— Я подумаю, брат, — задумчиво ответил и элегантно развернулся.
— Мартин, — окликнула его матушка. — А где твоя медаль? Разве ты не выиграл сегодняшнюю гонку? — с долей удивления спросила она, и Мартин плавно развернулся.
— Медаль? — он улыбнулся, достал ее из кармана и протянул матушке. — Я всегда выигрываю ночные гонки, — самодовольно произнес, и как только медаль оказалась в руке матери, Мартин развернулся и направился наверх, отсыпаться после бессонной ночи, а матушка радостно улыбаясь, пошла добавлять в коллекцию новую золотую медаль брата с крупным бриллиантом посередине.
— Он всегда выигрывает, — с братской гордостью выдохнул и не сдержал улыбку.
