— Любишь грубость? — его вопрос, интонация и мое положение, вызвали панику, но подняться я не смогла, с испугом посмотрев вперед. — Когда я тебя грубо беру… — сделав паузу, он провел по моей ноге вверх, задирая часть юбки, и сказал: — Ты кончаешь.
— Я закричу, — сквозь стиснутые зубы ответила.
— Кричи, расскажи всем о вашем обмане, твоей измене… — я попробовала вырваться, но он слишком крепко держал. — Ты готовила ужин? Продолжай… — он провел пальцами по ягодицам. — Готовь, ты же не хочешь вызвать подозрение? — он резко опустился вниз к моим ногам, вызвав одновременное падение моего сердца от неожиданности. — Я просто покажу тебе, кто лучший… — тихо произнес и впился губами в кожу, быстро поднимаясь выше по ноге жаркими поцелуями.
Пальцы на моих руках свело, в голове образовалось пустота, в груди волнение, непонимание, стыд, и я рукой уперлась в него, не сумев повернуться.
— Прекрати, — на мгновение настала тишина, его губы перестали касаться, и Мартин вновь встал, а я смогла развернуться лицом к нему.
— Я тебя понимаю, — с каким-то странным подтекстом сказал, и в его глазах на секунду отразилась печаль. — Но прекратить не могу.
Он ухватил мое лицо ладонью и поцеловал, опаляя губы своим жаром. Язык быстро проник внутрь, и я только пискнула, уперевшись руками в его грудь. В голове замелькали картинки, как Алекс поворачивается и видит нас, и наверное, весь ужас отразился в моих глазах, потому что Мартин вновь резко развернул меня спиной к себе и сказал:
— Готовь.
Минуту я просто стояла, пытаясь понять ситуацию и свои дальнейшие действия, пока вновь не прозвучал его голос:
— Готовь…
Сейчас он не трогал меня, но я всем телом ощущала его позади. Он мог в любой момент передумать, поэтому я решила послушаться и вернулась к готовке. Кубиками осторожно нарезала картошку, боясь заговорить с ним и подтолкнуть к прерванным действиям. Слышала его дыхание позади и медленно нарезала продукты.
— Ты для него готовишь? — неожиданно спросил тихим голосом, и я вздрогнула. — Личная кухарка? — его вопрос вызвал внутреннюю злость, и я перестала нарезать овощи. — Твое блюдо… не такое сочное, как ты, — он слабо коснулся моих ягодиц, приподнимая ткань. — Ты лучшее блюдо… — он обвел трусики рукой, пальцами сжимая их и предугадывая мои слова, ответил: — Не прекращу.
— Хватит, — схватила его руку и услышала ответ:
— Я только начал…
Он просунул руку под тонкую ткань и коснулся чувственного бугорка, вливая в меня наслаждение своими откровенными касаниями. Я возбудилась мгновенно, пискнула и сжала колбасу на деревянной дощечке, мысленно ругая себя, что оргазм последнее время получала от мастурбации.
Пальцы Мартина умело играли с моей плотью, наполняя низ живота жаром и желанием. Мои ноги ослабли, и чтобы не закричать, я прикусила нижнюю губу и посмотрела вперед. Алекс продолжал общаться с матерью, не обращая внимание на задний план. Меня разрывало на части, но силы убрать чужую руку, которая приносит горячее наслаждение, я не смогла.
— Остановись… — попросила, ощущая, как горячий ком во мне увеличивается, и вместе с бульканьем воды на плите, раздается звук моей смазки от его пальцев.
Моя просьба лишь увеличила темп и давление его умелых рук. Вместе с его ласками, усилилась его дыхание позади, и этот шум, довел меня до стремительного оргазма… Я ослаблено уперлась рукой в столешницу, а другой сжала его активную руку, старалась устоять и отодвинуть его.
Тяжело дыша, я услышала его довольный голос:
— Сегодня ты кончила быстрее…
— Не надейся, Мартин, — шумно сдула прядь с лица, стараясь восстановить дыхание. — Это просто память тела…
— Помнишь наш секс? — дыхание перекрыло от его вопроса, — Не волнуйся, напомню, — он резко вставил палец, выбив остановленное дыхание. — Ты же хочешь, — резкими движениями он стал иметь меня твердым пальцем, и не успев отойти от оргазма, я позволила ему ненадолго надругаться надо мной. Он заметил, что я начала активнее сопротивляться и сменил тактику. — Согласен, эта дырочка, — он вынул палец и обвел горячую плоть. — Для члена…
— Мартин, в нескольких метрах от нас Алекс, твой брат, — ответила, сжимая зубы, чтобы не сорваться. — Ты разве недостаточно меня унизил и опустил?
— Ты это так видишь?
— А как еще?! — прошипела, и его горячие губы коснулись моего уха.
— Я готов принять тебя после развода с Алексом, — прошептал, лаская мое ухо до предательских мурашек.
— Спасибо, откажусь, — сдавленно ответила.
— Придется мне быть убедительнее… — он опустился на колени, одновременно стягивая мои мокрые трусики. — Тебе нравится куни?
— Что? — растерянно ответила.
— Я покажу… — он надавил на мою поясницу, заставляя выгнуться, и тут же коснулся языком моей дырочки.
