– Травяной сбор, – расцвела девушка. – Поможет успокоиться. И цвет лица улучшит. А то оно у вас все красное да припухшее. А до встречи с его великолепием меньше часа осталось.
– Ладно, давай сюда свой сбор.
Я сделала несколько глотков теплого, подслащенного медом напитка и почувствовала, как по телу разливается приятное тепло, а тиски, сдавившие горло, разжимаются.
Когда пробил мой час (очень надеюсь, что звездный, а не смертный), час свидания с господином айсбергом, я уже была собрана и абсолютно спокойна. Герхильд удавился бы от зависти, если бы увидел мою отмороженную физиономию, что в данный момент я лицезрела в зеркале.
Жаль, маска пофигиста на моем лице надолго не задержалась. Рассеялась, словно иллюзия, сменившись благодушной улыбкой, которую никак не удавалось стереть.
Наверняка Мабли немного приврала, назвав чудо-настойку обычным травяным сбором для успокоения. Голову даю на отсечение (не свою, а Герхильда), в питье был добавлен какой-то веселящий ингредиент. Настроение улучшалось. Причем подозрительно быстро. Даже мысли о драконистом великолепии больше не омрачали.
Но, наверное, так даже лучше. В противном случае не представляю, как пережила бы несколько часов в обществе наследника.
Весь свой непонятно откуда взявшийся позитив я решила направить на предстоящую экскурсию, дабы получить от прогулки по сказочному средневековому городу максимум удовольствия. Сколько себя помню, всегда была любознательной, обожала путешествия и новые открытия. И сейчас предвкушала приятное времяпровождение на улочках Хрустального города. Что же до присутствия Скальде… Что ж, постараюсь воспринимать его всего лишь как одну из местных достопримечательностей.
Нет, определенно, забористая штучка. Надо разузнать, как называется настойка, и разжиться парой-тройкой бутылечков. На случай, если меня опять рванет.
Тальден оказался похвально пунктуален. Был первым, кого я увидела, выйдя из замка. Второй стала простая карета без каких-либо опознавательных гербов-знаков, запряженная четверкой, хвала их Претемной Праматери, нормальных, не крылатых лошадей. По случаю, что не придется расставаться с землей даже на несколько коротких минуток, я расщедрилась на улыбку. Которую подарила лошадям. Не Герхильду.
Его же великолепию достался от меня реверанс и слова благодарности:
– Спасибо, что вняли моему совету и оделись неброско. – Пробежалась взглядом по высокой фигуре мага в темном костюме, состоявшем из узких брюк, заправленных в высокие сапоги, и черного дублета, едва тронутого серебряным шитьем, целомудренно прикрытым широким плащом на меху.
На губах наследника мелькнула его коронная не то улыбка, не то усмешка.
– Не могу сказать о вас то же самое.
– Это все служанка, – вздохнула скорбно и подала мужчине руку, чтобы помог забраться в карету.
Я бы с этой задачей и сама неплохо справилась, но средневековые традиции обязывали. Будь они неладны.
Вздрогнула, когда наши пальцы соприкоснулись (плевать, что на мне и на нем перчатки, чувство такое, будто кожа к коже), и поспешила скрыться в экипаже.
Я уже говорила, что ненавижу привязку?
Герхильд устроился на сиденье напротив и отдал кучеру приказ трогаться. После чего принялся следить за тем, как я вынимаю из ушей массивные бриллиантовые сережки-грозди, расстегиваю еще более массивное колье и стаскиваю с себя финтифлюшку налобную, кажется, именуемую фероньеркой.
Сформировав приличных размеров комок из серебра и драгоценных каменьев, искрящихся в лучах медленно плывущего к горизонту солнца, сосредоточенно огляделась, гадая, куда бы всю эту прелесть засунуть. Жаль, не додумалась захватить какую-нибудь торбочку.
Может, попробовать утрамбовать в кошель тальдена, который Скальде носил на поясе? Но мешочек наследника, из темно-коричневой кожи на широком шнурке, и без того лопался от обилия монет. А потому, не придумав ничего лучшего, просто запихнула украшения под бархатные подушки, стараясь не обращать внимания на то, как округляются глаза будущего правителя империи.
Выбранное для прогулки платье было довольно скромным, из бледно-лавандовой, даже не думавшей переливаться на свету ткани, и без украшений смотрелось совсем неброско. Ни тебе глубокого декольте, ни рукавов-метелок. Оставалось только разобраться с произведением искусства у себя на голове – видела, молодые горожанки в основном ходили простоволосыми – и никто не отличит меня от местной простушки.
Подумав так, повыдергивала из прически усыпанные жемчужинами заколки и позволила волосам рассыпаться по плечам.
– Так-то лучше. – Прочтя недоумение на обычно таком невозмутимом лице тальдена, продолжила вводить его в курс дела: – Нарядила меня, как куклу.
– А вы в кои-то веки решили проявить покладистость и позволили себя нарядить, – хмыкнул, ненавязчиво намекая, что я недостижимо далека от его идеала – кроткой овечки.
