Я застыла на полуслове, уловив неясный шум в коридоре. Волосы на всех частях тела мгновенно встали дыбом. Оборванная фраза повисла в воздухе. Горло не издавало ни звука. Я хотела сказать Женьке, что мне страшно, объяснить, что именно меня пугает, но, вцепившись в подушку, только и смогла, что спрятаться в кровати от невидимого врага.
– Малы-ыш, – позвала трубка.
В абсолютной тишине звуки из мобильника казались раскатами горного эха.
На пороге спальни появился темный силуэт мужчины. Я выглядывала одним глазом из-за подушки, закрывала рот ладонью и дрожала от страха.
«Драгоценности в шкатулке, наличных дома не много, нож на кухне», – мысли сбились в кучу, превратившись в сумбур.
Мужчина скинул пальто с плеч, разложил на кресле, сел, стянул туфли и носки. Я подумала, что грабители так себя не ведут. Собираясь на дело, они скорее экипируются, а не раздеваются у входа.
– Саша? – осторожно, еле слышно позвала я.
– М-м-м, – откликнулся мужчина.
Это было «да» или «нет»?
– Саша, это ты?
Голос немного окреп. Я высунулась из-под одеяла.
– А ты кого ждала? Не меня?
По первому предложению я все поняла. Мой мужчина пьян в стельку. Или в драбадан. Или в сиську. Или… как там еще говорят?
– Раздевайся и ложись! – мамочкиным тоном заявила я.
– Тебя забыл спросить.
– Что?
– Что слышала!
По-моему, он был готов к ссоре. Нервная атака головного мозга, начавшаяся с вечера, достигла апогея, и невидимый командир скомандовал «пли!».
– Ах, так! Я тебя даже не собираюсь спрашивать: где ты был? Где шлялся ночью? Мне по фиг! Ты на время смотрел? Зачем я тебе часы подарила? Почему мобильник вырубил?
– На себя посмотри! – парировал Саша. – Шляешься по клубам, приползаешь под утро. Шалава!
– Да я работаю! У меня концерты!
– И я работал, – пьяно икнул он, – и у меня концерт. Был. Я был. На концерте.
Ссора переросла в бурный скандал с неприятными выяснениями отношений. Мы ругались до самого утра, пока у Сашки не выветрился весь хмель, а у меня не пропало само желание что-то доказывать и требовать.
Когда Саша уснул, я получила контрольный в голову. Как всегда, уже по привычке обшаривая карманы, нашла в пиджаке кусочек фотографии. Один глаз, белые волосы. Кусок записки, обрывок телефона. Больше ничего не понять. Мое буйное женское воображение само дорисовало картинку. И встречу, и вечер, и ресторан, и кровать, и позы…
Женькин звонок меня разбудил.
– Спишь?
– Да, легла под утро.
– Малыш, – жалобно и как-то трогательно протянул он, – разве можно себя так истязать из-за мужчины?
– Мы поругались, Жень. И по-серьезному.
– Когда успели?
– Ночью.
– Он тебя не достоин.
– Прости, я очень устала, – у меня в самом деле слипались глаза, – перезвоню.
Суд состоится через неделю. Мой адвокат был тут же приставлен к этому делу. Я позвонила продюсеру и тот прислал лучших среди лучших, занимающихся уголовной практикой. Единое мнение, которое я слышала отовсюду – безнадежно, слишком много свидетелей, – меня не устраивало.
– Сделай хоть что-нибудь! – орала я в трубку своему директору, пользуясь единственным положенным мне звонком в сутки.
– Вика, мы в чужой стране. Здесь другие законы.
– Любой закон можно обойти, – не отступала я, – дай денег, пусть признают его душевнобольным.
– Пойми, я делаю все возможное…
– Сделай невозможное!
– Дался тебе этот мужик…
– Это самый главный мужчина моей жизни!
– Ты за свою шкуру беспокойся. Он в тюрьме.
– А ты на свободе! Вот и действуй.
Моя жизнь изменилась.
Мы больше не гуляли вечерами по озаренному фонарями городу, не делились пережитыми за день эмоциями, не звонили друг другу просто так, чтобы сказать простые, но такие теплые и родные слова: «привет», «как дела?», «люблю».
Исчезла радость.
Когда-то мы планировали поездку в Эмираты. Понежиться на солнышке среди зимы, тем более что у нас наконец-то совпали выходные длиной в неделю. Мы сразу решили поддаться соблазну и купили путевки. Но это было до…
До того, как Женька показал мне фотки Сашки с блондинкой.
Мы спали на разных кроватях, в разных комнатах, вместе не ужинали и вообще ничего не делали вместе. Я стала серьезно подумывать о разрыве отношений. За что цепляться и держаться, если общего между нами ничего не осталось???
Исчезла Радость. Исчезла Любовь. Мое сердце навсегда покинуло Счастье.
Я опять стала проводить много времени с Женькой. Он, как Супермен, был для меня маяком, светом в конце тоннеля, которому хотелось соответствовать. Подражать его манере, говорить, рассуждать и трезво смотреть на жизнь.
– Мы с тобой одной крови, – в порыве благодарности воскликнула я.
– Мы с тобой, – улыбнувшись, кивнул мой друг.
Мы вновь стали посещать театральные премьеры, фотовыставки, картинные галереи. Женьку назначили директором нового филиала какого-то американского банка. Он в совершенстве владел английским, кого назначать на эту высокую должность, как не его? Я радовалась за друга и в знак уважения и гордости за его достижения стала заезжать к нему в офис, чем приводила в ступор всех работников.
