– Вы из налоговой, что ли? – женщина нахмурилась. – Нет тут никакого агентства и никогда не было, и таблички никакой нет. Что-то вы перепутали. Какое тут может быть брачное агентство? – она выразительно обвела рукой голые обшарпанные стены. – А жильцов я просто заранее подыскиваю, как в наследство вступлю – так и буду сдавать квартирку. У меня всё законно.
– Послушайте, мы не имеем отношения к налоговой службе, – не сдавался Влад. – Вы где-нибудь поблизости старушку не видели? Она вяжет всё время.
– А ещё у неё кот есть, серый, – добавила я.
– Никто тут не вяжет, – отрезала тётка. – Серый кот действительно у бабули жил, а потом исчез куда-то. До сих пор запах остался, хоть ремонт делай! Может, кошак и приходил к двери, уж не знаю, – она брезгливо поморщилась. – Ещё я им не занималась!
– Могла бы и заняться, – не удержалась я. – Квартиру тебе оставили, наверняка старушка думала, что о коте позаботишься.
Женщина покраснела, на меня уставились злобные глаза.
– Вы кто вообще такие? – она уперлась руками в бока. – Я сейчас полицию вызову. Вломились в чужое жильё…
– Ага, вызывай, – кивнула я. – Мы дверь не взламывали, зашли по ошибке в пустую незапертую квартиру, ничего серьезного нам за это не будет.
– Пошли, – Влад слегка потянул меня за руку. – Её здесь нет. Коту, похоже, очень повезло с новой хозяйкой, – он улыбнулся.
В полной тишине раздался негромкий одобрительный смешок, и знакомый низкий голос тихо позвал: «Кис-кис-кис». Ему ответило довольное мурчание. Будущая хозяйка квартиры неумело перекрестилась щепоткой из всех пальцев сразу, пытаясь при этом плюнуть через левое плечо, а затем вылетела в подъезд так, будто за ней гналось разъяренное привидение.
– Лахесис, пожалуйста, удели мне пять минут, – быстро заговорил Влад. – Мне нужно понять, что делать с философским камнем. Ты можешь что-то посоветовать?
Снова тишина.
– Пойдём, – после напряженной паузы произнёс Влад.
В длинном коридоре я обернулась и взглянула на дверь. Табличка брачного агентства исчезла. Мы спустились по скрипучей лестнице. Солнечный свет на улице показался после темноватого подъезда особенно ярким, а загазованный воздух – почти живительным. После пыльной нежилой квартиры здесь хотелось дышать полной грудью.
– Почему ты обращался к Мойре на ты? – спросила я. – Она могла обидеться.
– Люди во все времена обращались к богам на ты, – серьёзно ответил Влад. – Это древняя традиция – говорить с божеством или святым, как со своим близким. А вот к незнакомым людям принято обращаться на вы, – он с улыбкой выразительно посмотрел на меня.
– Если с уважением – то да. Её уважать не за что. Терпеть не могу, когда животных выбрасывают на улицу, – выдохнула я.
– Я тоже. Правда, у себя в доме никаких животных не завожу, – сказал Влад. – Их будут пугать энергетические поля, которые возникают от некоторых экспериментальных приборов.
– А я живу с мамой, и она категорически против любой живности в квартире. Но рыбки у тебя во дворе есть. На них эти поля не влияют? – спросила я.
– Нет, та часть двора находится вне зоны действия. Несправедливо получается, – заметил Влад. – Ты знаешь обо мне очень много, а я о тебе – почти ничего. Сейчас сядем в летнем кафе, и будешь рассказывать о себе.
– Нечего особенно рассказывать, – подумав, сказала я. – Я и так уже рассказала основное.
Однако Влад был другого мнения. И в летнем кафе мне пришлось ответить на множество вопросов. Я рассказывала об отце, который живёт в другом городе с новой семьёй и совершенно не хочет со мной общаться. О том, как мама в свое время буквально силой заставила меня поступить в педагогический институт, и какая поднялась буря, когда я сказала, что не стану работать по этой специальности. О книгах, которые я читаю, о музыке, которую слушаю, о том, что я вообще не играю в компьютерные игры – просто не тянет. И каждый раз выяснялось, что нам с Владом нравится одно и то же. Неужели бывает такое совпадение вкусов?
– Кстати, почему у тебя в душевой кабине играет «Лунная соната»? – поинтересовалась я, вспомнив единственное, что не понравилось мне в его доме. – Я люблю классику, но не совсем поняла, зачем она там.
– Тебя тоже напрягает, когда она все время повторяется? – Влад рассмеялся. – На самом деле, в душевой обширный список музыки и есть разъем для флешки, но всем этим я почти не пользуюсь. А «Лунную» сильно любит моя мать. Видимо, ты зашла в душ, когда там оставались настройки после неё.
Я промолчала. Не рассказывать же, как Татьяна Васильевна готовила меня к свадьбе. Нет уж, почти любой мужчина перепугается, когда еле знакомая девушка скажет, что она – его супруга из другой реальности.
Разговор перешёл на кино. Потом – на родственников, друзей, приятелей, на мою сегодняшнюю поездку к Радославе. Влад откровенно посмеивался, когда я рассказывала про Митрофанию.
– Твоя приятельница могла обидеться, – заметил он. – Хотя ты действительно ничего не обещала. Я бы сильно удивился, если бы Радослава открыла путь к избе для этой весёлой компании.
