— Именно так. Старайтесь лишний раз не оставлять ее одну.
— Разумеется, я прослежу.
Мистер Фрост уже несколько минут назад оставил ее наедине с девушкой, а Мадлен никак не могла взять себя в руки. По спине все еще гулял липкий холодок. Внутри нее все переворачивалось от жалости к бедняжке, она как никто другой понимала, каково это - пережить подобное.
Из-за какой-то физиологической особенности, какой именно, экономка не запомнила, уж слишком мудреное было объяснение, Мадлен помнила свою агонию до секундочки, и если бы не мистер Фрост, контролирующий ситуацию и ни на минутку ее не покидающий, дарящий поддержку, она могла и не пережить.
Но в то же время она понимала и кое-что иное. А именно: необходимость. Человеку же только дай волю, все вокруг и себя заодно истребит. Тьфу. По мнению Мадлен, люди были слишком жестоки, жадны, эгоистичны, мелочны, контроль, даже такой жесткий, им был необходим.
Да, с адаптацией этой ей не повезло. Но таких, как она, – особенных - единицы. Зато теперь Мадлен счастлива, спокойна и ни в чем не нуждается. А самое прекрасное: полнейшая безопасность. А устройство под кожей… Подумаешь. Главное не помнить, не думать, не вспоминать о том, что с помощью этой маленькой штучки одним словом, движением господин может перекрыть кислород, остановить сердце, прекратить жизнь любого из них, стоит ему лишь захотеть. Но это же если некто пойдет на предательство, просто так их хозяин никого никогда не тронет. В этом экономка была уверена.
Поежившись не то от прохлады, веющий из приоткрытого окна, не то от незваных воспоминаний, женщина зареклась больше никогда не открывать рот, когда ее об этом не просят.
Захлопнув окно, она принялась за работу, не забыв вызвать к юной госпоже молоденькую горничную. Однако неся в стирку вещи девушки, вспомнила, что так и не спросила у господина о важном.
Знает ли молодая госпожа что-нибудь об этом месте? Знает ли она, кто такой господин и половина поместья?
Запнувшись, женщина горестно застонала, коря себя за глупость и, развернувшись, едва ли не бегом направилась к кабинету, молясь всем высшим силам, чтобы господин, не дай бог, ее не наказал. Правда, женщине с лихвой хватало опасной бешеной энергетики, витающей вокруг оборотня. В сравнении с этим любое
[1] Снежные ирбисы обладают острым чутьем, способны почуять оборотней на крайне дальних расстояниях, как и распознать примеси оборотной крови в человеке.
В кабинете Леонардо скинул надоевший за время дороги пиджак и, подойдя к столу, опустил руку на сенсорный ключ в виде отпечатка ладони. По панели пробежались красно-голубые искры, считывая код, заложенный в линиях. Манипуляция мало приятная, поскольку, если сравнивать ощущения, то словно ладонь опустить на раскаленную сковородку, но для Леонардо такая процедура была привычной.
Считав информацию, панель окрасилась в зеленый цвет, глухой протяжный щелчок - и имитация стены отъехала в сторону. На ходу расстегивая рубашку, чтобы ослабить давление воротничка на горло, Фрост вошел в потайное помещение, голосовой командой запуская ироскандер [1], стена позади него стала на место. Не успел он задать новую команду, как его слух уловил тихий стук. На ироскандере мгновенно отразилась мнущаяся у порога закрытой двери экономка.
У него внутри похолодело. Неужели что-то с Алиной? Ей стало хуже?
— Показать квадрат С2.
Ироскандер послушно отобразил комнату Алины и мирно спящую на кровати девушку, заботливо укутанную в одеяло. У ее кровати на стульчике с безмятежным видом читала книгу горничная.
Нахмурившись, не понимая, что так срочно могло понадобиться женщине, Леонардо с помощью голосовой команды ироскандера попросил Мадлен подождать несколько минут, заметив, как испуганно вздрогнула экономка, и подсоединив планшет к системе, оставил загружаться новые полученные данные.
К его сожалению, текущий программатор ироскандера – экспериментальный образец - имел серьезное отклонение: выборочная синхронизация. Не все данные правильно и своевременно дистанционно загружались в систему. Однако команда разработчиков заверяла, что уже работает над этой проблемой, ставя сроки завершения тестировки через несколько недель. Впрочем, Лео, несмотря на заметное неудобство, не доставляло особого дискомфорта проводить ручную десинхронизацию.
Выйдя в коридор к подозрительно нервной экономке, тихо уточнил:
— Слушаю, Мадлен. Что-то срочное? Я немного занят.
Закусив бледную губу, женщина стиснула деревянными пальцами рабочее платье, комкая ткань, не решаясь сказать то, с чем пришла. Стыдно сказать, но давно она не чувствовала себя такой безосновательно испуганной и взвинченной.
— Говорите, Мадлен, — мягко поторопил ее мужчина. — В чем дело?
— Сэр, — наконец решилась экономка. — Простите, что отвлекаю, но я позабыла у вас уточнить: девушка знает о… О том, где она? Точнее… Ох, извините, мистер Фрост. Я подумала…
— Я понял тебя, Мадлен. Мисс Алина ни о чем не знает. Как придет время, я сам ей расскажу. Это моя забота. В течение получаса всем работникам «Фрайзен Дола» придут уведомления и рекомендации в отношении мисс.
