Я известный ресторатор, и мне неоднократно вставляли палки в колеса. Но то, что произошло в этот раз, просто повергло меня в шок. Мне бы бороться, а я сдаюсь. Теряю хватку. Но не в бизнесе, а с мужчиной, от вида которого готова растечься лужицей у его ног. Какого черта со мной происходит? И почему в его лице я вижу знакомые черты? Может, я начинаю сходить с ума?Содержит нецензурную брань.
Использовано фото «Хорошо одетый привлекательные пара, опираясь на роскошный автомобиль на улице против небоскреба.» автора fxquadro, depositphotos https://ru.depositphotos.com/211796524/stock-photo-well-dressed-attractive-couple-leaning.html
Аккорды музыки плывут в интимном сумраке комнаты. Мои движения подчиняются чувственной мелодии вопреки здравому смыслу. Я поднимаю руки, подцепив пальцами волосы, и поднимаю их кверху.
– Ещё, – хриплый голос мужчины звенит в моих венах, пробивает барьер отстранённости, и я резко поднимаю плечи. Словно в знак немого протеста. Я не должна позволять себе поддаваться темному притягательному обаянию Любомира. Не должна, но тело и сознание сегодня решили меня предать.
Его взгляд словно стрела, направленная в сердце. Он обжигает и волнует. Оттого в моем теле такая лёгкость, и танец выходит опасно чувственным.
Прогибаюсь в спине, касаясь рукой пола, и смотрю на своего единственного зрителя из-под опущенных ресниц. Сигара в его пальцах медленно тлеет, пепел осыпается на бедро. Я вижу его серые хлопья на дорогой ткани костюма. И ещё кое-что. Внушительную эрекцию, грозящую сломать ширинку.
"Заставь меня кончить так, как ни с кем прежде. И тогда, может быть, я изменю своё решение", – сказал мне мой персональный дьявол перед тем, как поставить неуд делу моей жизни.
– Сними платье! – Любомир подаётся вперёд, и меня прошивает энергетикой его власти и желания. – Сделай это дико сексуально… я жду…
Протест во мне заставляет остановиться. Руки прижаты к груди, глаза пылают. Я похожа на хищную пантеру, сексуальную и непокорную – прекрасно знаю, какой могу быть, когда отдаюсь танцу. Любомир содрогается всем телом, и я слышу его хриплый стон. Ну, как слышу – чувствую интуицией.
– Сними… платье, – он поднимает со стола золотую табличку с логотипом программы "Ревизор". – не разочаровывай меня.
Моя рука тянется к молнии на спине – но не потому, что я так жажду эту чёртову табличку. И ее от страха, хотя с таким, как Марченко, лучше не играть. Я потрясена. Его голос несмотря на попытку придать ему строгость и холодность звучит так, будто он в шаге от…от оргазма?
Моргаю, стараюсь не пялиться на его ширинку. Накрывает жаркой волной. Я не робот. У меня очень давно не было мужчины. Но это не значит, что я сдамся и покорно пойду на все его условия!
Улыбаюсь, стараясь скрыть торжество. Музыка звенит в моих венах. Медленно снимаю платье, позволяя ему упасть на пол. Получи! А как тебе такое, Илон Маск?
Медленно опускаюсь на колени, раздвинув ноги, веду руками вниз по животу, ещё ниже, задевая кружево трусиков, упираюсь в пол. Переношу вес тела на колени, выгибая спину, как кошка. Резкое движение головой – волосы скрывают мое лицо, но я вижу, как Любомир закусывает губу, сглатывает. Его взгляд плывет. Ещё немного. Дожать. Добить.
Я никогда ещё не испытывала такой власти над мужчиной. Мужчиной, который, как он сам полагает, загнал меня в ловушку. Его желание меня опаляет. Оно настолько сильное, что кажется ещё немного, и рухнут стены квартиры, зазвенят расколотые стекла.
Остаюсь на коленях, выпрямляюсь. Облизываю пальцы и, не дав своему зрителю опомниться, веду вниз по шее, проникаю под кружево бюстгальтера. Оно тонкое. Любомир явственно видит даже в полумраке, как я ласкаю себя под тонкой вуалью лифчика, сжимая сосок.
Пронзает иглой чувственности. Я уже ловлю кайф оттого, как сильно меня желают. Или оттого, что чувствую свою власть над этим мужчиной.
– Да, б..дь… Лейла… – хрипит он, почти закатывая глаза.
Это решающий момент. Я чувствую себя киллером, который наносит контрольный удар. Расстегиваю замочек спереди, срывая кружево лифчика, позволяя ему упасть – и тотчас же прикрываю груди ладонями, запрокинув голову назад.
– Да… Да, блядь! – хрипит Любомир, срываясь на крик. Его буквально подбрасывает в кресле, а стон не вызывает сомнений в том, что же произошло на самом деле.
Это Победа. Полная и безоговорочная. Смотрю на частые судороги бьющегося в оргазме мужчины, пользуясь этим, надеваю лифчик и встаю. Мелодия продолжает звучать, но я больше не танцую. Смотрю сверху вниз, иронично подняв бровь, стараясь погасить ответный огонь в моей крови. Чувство самодовольства и триумфа вытесняет непрошенную страсть.
– Ты невероятная. Таких уже не делают, – хрипит Марченко. – Со мной со школы такого не случалось.
Поднимаю платье с пола. На губах снисходительная улыбка.
– Ничего, бывает. Когда приедешь вручать табличку? Желательно завтра.
– Табличку? А ты всерьез полагаешь, что ее заслужила?
– У нас был договор. Я заставила тебя кончить как никогда и ни с кем. Или это обычное твоё состояние?
– Не груби, Лейла. Почему ты одеваешься? Мы не закончили! Сними белье и ползи ко мне.
– У нас была сделка. Обслуживать тебя на постоянной основе я не нанималась…
Любомир поднимается с кресла. Его глаза полыхают нехорошим огнем. На какой-то миг я испытываю страх.
