Мне никогда не везло с мужчинами. Вот и очередная «вечная любовь» закончилась незнакомой крашеной овцой в постели жениха.Выставив предателя за дверь, я сбежала к тёплому морю. Солнце, лазурные волны и жаркий курортный роман — лучшее средство от сердечных ран. Только вот мой новый парень утверждает, что он — самый настоящий козёл. И, кажется, он говорит правду...
Мой парень — козел. Ника Веймар.
Annotation
Мне никогда не везло с мужчинами. Вот и очередная «вечная любовь» закончилась незнакомой крашеной овцой в постели жениха. Выставив предателя за дверь, я сбежала к тёплому морю. Солнце, лазурные волны и жаркий курортный роман — лучшее средство от сердечных ран. Только вот мой новый парень утверждает, что он — самый настоящий козёл. И, кажется, он говорит правду.
ПРОЛОГ
Я влетела в Костин кабинет, словно разъярённая фурия, и грохнула на стол перед ним пачку распечатанных листов. Оригинального текста было почти не разобрать за ровными рядами пометок и исправлений. Константин Кириллович, будь он неладен, прошёлся по любовно созданному мной концепту маркетинг-кита, как монголо-татарское иго. И камня на камне не оставил от идеи.
— Что это значит? — задыхаясь от ярости, прошипела я.
Костя соизволил отвлечься от ноутбука и взглянуть на стопку распечаток. Перевёл взгляд на меня, пожал плечами и заявил:
— Полагаю, это значит, что ты отвратительно справилась с заданием. Ознакомься с правками и переделай.
Он что, серьёзно? Да это же издевательство, а не правки! Вместо грамотного текста о компании, списка преимуществ и уникального торгового предложения, которые должны были лечь в основу каталога, получится набор штампов без единого факта.
— Козловский, у тебя личная неприязнь к заказчику? — насколько могла спокойно спросила я. — Ты из каких соображений планируешь подложить ему настолько грандиозную свинью?
Костя откинулся на спинку кресла, сцепив руки на затылке. Снисходительным тоном человека, вынужденного объяснять прописные истины, произнёс:
— Настя, я хочу, чтобы этот текст не только продавал, но и формировал лояльное отношение к компании заказчика, вызывал чувство доверия и желание сотрудничать. Понимаю, что тебе сложно разобраться в нюансах. Всё-таки автотюнинг — совсем не женская тема.
Вот же козёл! Тремя фразами показал, что не видит во мне профессионала и в принципе сомневается, что женщина способна разработать грамотный маркетинг-кит. Иначе зачем бы лишний раз напоминал о его основных задачах. Тоже мне, гуру с периферии! А Костя, немного помолчав, добавил:
— Полагаю, ты не рассчитывала, что наши личные отношения поставят тебя в особое положение? Халтуру я не приму.
— Халтура — это то, что ты мне тут начёркал! — взвилась я, сжимая от злости кулаки.
Врезала бы за такое, честное слово! Даже не знаю, каким чудом сдержалась и не напомнила, что вообще-то не я стремилась вывести наши отношения за рамки рабочих. Нет, ухаживал, Костя, конечно, красиво и настойчиво, но после такого заявления меня нестерпимо жгло желание послать его на все сочетания букв алфавита. И запустить чем-нибудь тяжёлым. Впилась ногтями в ладони, изо всех сил пытаясь унять кровожадные мысли в отношении Козловского.
— Если не согласна с моим видением, предложи своё, — пожал плечами Костя. — И в этот раз, пожалуйста, отнесись серьёзно. Если будут трудности, обращайся, будем разбираться вместе.
Шовинист! Как есть махровый матёрый закостенелый шовинист! А ещё строит из себя эксперта. Да меня бы за такие правки с прошлой работы выгнали бы с «волчьим билетом»! Ещё и тон такой снисходительный выбрал. Видите ли, снизойдёт и подскажет.
— Знаешь, Козловский… — раздражённо начала я.
Умолкла, сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться и сосредоточиться. Ой, наговорю сейчас лишнего, я ж себя знаю! Молчи, Волкова, молчи! Молчание — золото и великое благо.
— Что, столичный лоск не позволяет признавать ошибки? — убил на корню все мои благие порывы этот… нехороший человек.
— Ты поразительно соответствуешь своей фамилии! — процедила я. — Исчерпывающая характеристика прямо на двери кабинета! Знай, всяк сюда входящий, с кем встретишься!
Вместо того, чтобы оскорбиться, Костя расхохотался. Искренне, громко и от души. Отсмеявшись, протянул мне листы с правками и махнул рукой в сторону двери.
— Работай, Волкова. И удиви меня наконец-то оригинальностью и нестандартным подходом. Пока что все выстрелы ушли в «молоко».
Мне очень хотелось добавить, что молоко было не иначе, как из-под некого парнокопытного, но на этот раз я всё-таки удержалась. Вышла из кабинета, внутренне кипя от злости, словно забытый на плите чайник. Оригинальности желаете, Константин Кириллович? Получите! Полной мерой!
*
Когда за Настей захлопнулась дверь, Костя вновь задумчиво откинулся на спинку кресла. Не перегнул ли он палку на этот раз? Может, и впрямь не стоило придираться по пустякам? Концепт был вполне неплох… Настя грамотно определила целевую аудиторию, разделила её на сегменты, составила план подачи информации для каждого из них и выбрала самый доходный. Она действительно была профессионалом. И единственным её недостатком Костя назвал бы разве что излишнюю эмоциональность. Вот и сейчас, даже понимая, что он нарочно провоцирует, всё равно сорвалась. И, похоже, обиделась… Зря он всё-таки упомянул личные отношения, этот упрёк был несправедлив.
