— А девушка? — я шумно сглотнула, боясь этого вопроса. — Кто будет играть школьницу?
Я пыталась убедить себя, что не ревную, но мысль о сопернице все равно мучила меня. Эд понял без лишних слов.
— Сара. Самое смешное, что он самая старшая из нас. Но она идеально играет милых и невинных девушек, потому что она такая и есть. Именно в эту ее детскость и влюбился Норман. Ее муж Норман. Он даже на съемки приходит.
Он сделал особый нажим на этом. Ревность немного отступила. Мы справимся. Обязательно.
— Знаешь, — я вернулся ему телефон. — Не заморачивайся из-за сюжета. Это же просто эротическая фантазия. Вряд ли посмотревшие серьезно отнесутся к посылу.
— Уверен, большая часть просто отмотает начало и перейдут сразу к нашему с Дэном «наказанию».
В среду я увязала с Эдом в тренажерный зал и несколько раз съехала на заднице с беговой дорожки, засмотревшись на моего парня. Пришлось зажать его в углу у душевой. Целовала его солоноватые губы, вдыхала запах пота и мечтала оставить его без футболки.
В четверг мы несколько часов просидели в библиотеке, занимаясь немецким, а после долго-долго прощались в архиве, куда не пробивала камера видеонаблюдения.
Пятница наступила слишком быстро.
— Передавай привет мистеру Бэйли.
— Все еще не расскажешь, о чем вы с ним говорили.
— Я тебе уже все сказал. О перспективах и единорогах. Не скучай. Я буду звонить и писать каждые полчаса.
— Только попробуй и обмани в это раз.
— Накажешь?
Он сделал испуганное лицо и тут же написал что-то у себя в телефоне. У меня в кармане пиликнуло.
— Отчет пошел, Бет. Прочитаешь, когда уеду, а пока…. Показать, как целуются очень плохие парни?
Стул шатался под ногами. Никак не могла дотянуться до верхней полки. Как я вообще умудрилась туда что-то убрать? Видимо, я слишком сильно не хотела, чтобы папа увидел, что я натворила с его подарком. Мне самой было тяжко смотреть. А потом Эд вдруг напомнил. Случайность? Почему он заговорил о единорогах?
— Можно? — отец постучался. В последнее время он особенно трепетно относится к моей личной жизни. Почти не расспрашивает о Курте, не допытывался, на что я потратила круглую сумму с карты. На него так повлияли мои успехи по учебе, или что-то другое?
— Заходи, конечно.
Продолжала шарить среди старых книг и игрушек.
— Чем занята?
— Искала кое-что. Помнишь, ты подарил мне снежный шар на Рождество?
Он нахмурился:
— Зачем тебе?
— Я так радовалась, когда ты принес его. Не расставалась с ним ни на минуту, а потом я вечером положила на раковину, когда чистила зубы…
— Разбила?
— Он треснул. Я так расстроилась, а тебе не сказала. Проплакала тогда всю ночь.
— И почему вдруг вспомнила сейчас?
— А я не забывала. Просто Эдвард вдруг спросил, люблю ли я единорогов. Я ему сказала, что уже большая девочка. Но оказывается, нет, — вытащила усеянный трещинами подарок. — Злишься?
— Из-за снежного шара?
— Из-за того, что не рассказала тебе тогда?
Я много тебе недоговариваю, папа. Очень много…
— Нет, просто я не думал, что для тебя это так важно, Бет, — он положил ладонь на стеклянную поверхность, и мне даже показалось, что когда он уберет руку, то трещин там уже не будет.
— Очень важно. Я больше не буду его прятать, — поставила шар на стол, не стесняясь его сколов и изъяна. Смотрела на блестящие снежинки, мерцающие на свету, как опускаются вниз, вздрагивают и снова взмывают, подхватываемые какакой-то неведомой силой.
Я люблю его…
— Да, он неплох, если смотреть под правильным углом.
— А? Кто?
— Твой единорог. Я говорю о твоем единороге, Элизабет. Кстати, как у Хэндерсона дела? Его сестре уже стало лучше?
*Отсылка к фильму и книге "Хроники хищных городов"
— Отличная работа, — поблагодарил Дастин после съемок. Он суетился как обычно, давал персоналу последние распоряжения, хлопал всех, кто оказывался в опасной к нему близости по плечу.
Решил избежать этого дежурного жеста, обмотался предложенным мне полотенцем, подхватил с пола рюкзак и незаметно выскользнул из студии.
Пока вода в душе нагревалась, написал Бет, что я уже отработал, что очень скучаю по ней и скоро поеду домой. Стер слово «дом». Исправил на Пало-Альто. Почему-то стало стыдно перед Руби и Грейс. Словно предаю их этой простенькой фразой. Но отрицать, что мой мир резко стал больше с появлением Ложечки, я уже не могу. Теперь есть два места куда меня непреодолимо тянет. Теперь я увидел для себя просвет.
