– Ну да, – но оцениваю фигуру Ольги Станиславовны и спешу добавить: – Вы наверно не едите по вечерам, но я все же попрошу составить мне компанию. Мясо я сегодня взяла нежирное, а майонез вообще всегда сама готовлю – мне не нравится эта химия с магазина! Ну, так что, Ольга Вячеславовна?
Женщина растерянно смотрит на меня и, кажется, даже не моргает. Мне становится не по себе от ее взгляда, как будто я испачкалась или волосы выбились из хвоста, и сейчас выгляжу нелепо. Убедившись, что со мной все в порядке, возвращаю внимание к маме Влада.
– Я, пожалуй, рискну, – тихо и совершенно другим голосом отвечает женщина. А меня задевают ее слова, и я не могу сдержаться от колкости.
– Я вас угостить хочу, а не отравить. И вроде неплохо готовлю. Еще никто не жаловался.
– Потому что не успели? – женщина произносит это спокойным и ровным тоном, но я все равно не могу сдержать улыбки. Ольга Станиславовна улыбается в ответ, а через секунду мы уже хохочем в голос.
Отсмеявшись и вытерев выступившие на глазах слезы, я ставлю тарелку с ужином перед мамой Влада, а еще достаю салат из овощей и наливаю сок.
– Приятного аппетита! – замираю на месте и даже не дышу, когда Ольга Станиславовна отрезает кусочек и отправляет в рот.
Она застывает на месте, медленно пережевывая пищу. На ее лице явно читается удивление, а в глазах – одобрение.
– Вкусно! Правда, вкусно, Эрика! – скорее отрезает еще один, побольше, и делает то, чего я от нее вообще не ожидала – бормочет с набитым ртом: – Я такого даже в ресторане не пробовала! Ты просто обязана поделиться со мной рецептом!
– С удовольствием. На самом деле, там ничего сложного. Главный секрет – готовить с любовью.
– Это точно, – и мама Влада впервые за весь вечер улыбается открыто и тепло.
Остаток ужина проходит в молчании, я только изредка ловлю на себе задумчивые взгляды. И они отличаются от тех, которыми меня награждали в самом начале знакомства.
– Скажите, Эрика, а как вы познакомились с Владом?
Хорошо, что я стою спиной и разливаю чай по кружкам, и мама Влада не может видеть, как я краснею до самых ушей.
– На работе, – решаю опустить самое первое наше знакомство в клубе. Сомневаюсь, что эта женщина будет в восторге от такой истории.
– Вы еще и работаете?
– Да. Секретарем в компании Влада.
– Служебный роман, – буквально сгораю от смущения, опуская кружку и блюдо с пирогом перед женщиной. – Хорошо, что мой мальчик поумнел и смог разглядеть вас. А то я уже начала переживать и сомневаться в его адекватности при выборе женщин. Особенно эту…– щелкает пальцами и жмурится, стараясь вспомнить имя, – как ее…
– Ирма?
– Точно! Она самая! Редкостная дрянь.
– Какое точное описание, – бурчу и прячу улыбку в чашке.
– Но ты не такая, – ее голос резко меняется, становясь теплым и ласковым, что я едва сдерживаю слезы от умиления.– И прости, что налетела с порога. Сейчас мне стыдно за свое поведение.
– Не извиняйтесь, Ольга Станиславовна. Я вас понимаю. Вы пришли в дом к сыну, а там полуголая девица. А сына нет. Я бы тоже не была в восторге, наверно.
– Ты не подумай, – женщина опускает взгляд в кружку, рассеянно мешая сахар. – Я не имею привычки вваливаться в квартиру к сыну. Он давно мне не звонил, несколько дней, не отвечал на мои звонки. Я не выдержала и приехала. Потому что…– осекается, поджимает губы, но решительно продолжает. – Подумала худшее. Он у меня единственный ребенок, самый близкий человек. Кроме Влада у меня совершенно никого нет. И я просто испугалась. А когда открыла дверь, увидела тебя. Ну, я и подумала, что ты одна из тех вертихвосток, что вешались на шею сыну. Меня и понесло.
Мне так становится жаль эту женщину. Она только с виду такая сильная и независимая. А внутри – ранимая и со своими слабостями. Просто мама. Которая любит своего ребенка в любом возрасте и переживает за него. Я даже по-белому завидую Владу, что у него есть такая мама.
– Простите Влада, пожалуйста, – все же не выдерживаю, протягиваю руку через стол и сжимаю ладонь мамы Ольги Станиславовны. – У него правда, какие-то проблемы в Казани. Ему позвонили с утра, он очень ругался, тут же заказал билет и поехал в аэропорт. Мы созваниваемся по вечерам, у него все хорошо. Когда он позвонит в следующий раз, я ему лично выскажу за то, что он заставил вас волноваться. Ой, – вспомнив, подпрыгиваю на стуле, – посмотрите, ваш телефон, наверное, зарядился. Можно попробовать набрать Влада.
Неожиданно Ольга Станиславовна накрывает мою ладонь своей второй ладонью и слегка сжимает.
– Не стоит, Эрика. Он перезвонит, когда освободится. Я теперь спокойна. Мой сын в надежных руках.
Я смотрю на Ольгу Станиславовну, раскрыв рот. Теряю дар речи. Сказать, что ошеломлена – ничего не сказать. Вот уж точно чего я не ожидала, так это то, что наш разговор, чуть не переросший в скандал в самом начале, завернет в такое русло.
– Вы…мне кажется, преувеличиваете…
