— Уже извинялся, — сухо напомнила, одновременно кинув быстрый взгляд в сторону дальних кроватей, но ребята все также крепко спали.
— Они не услышат нас, — вдруг сказал Далион. – Переиграли с магией, из-за чего оказались на грани выгорания. Я ввел их в стазис на время, пока полностью не восстановят резерв.
Мне же от этих слов сразу вспомнилась школа: то ужасное чувство беспомощности и противного жара, что испытываешь во время выгорания. Я ведь тоже тогда чуть не лишилась своей силы.
Горько улыбнулась.
— Знаешь, Далион, только и ты прости, но вряд ли смогу извинить или забыть то, что ты сделал.
Молчит.
— Если бы не мистер Горан, я вновь была бы обычной невольной крестьянкой твоего отца!
— Знаю... и поверь, не раз пожалел о том дне. Повторись все вновь, отступил бы.
— Но не отступил, — холодно напомнила я, досадно сморщивая нос от неприятных воспоминаний. — И я не понимаю к чему сейчас все это?
— Я не хочу быть тебе отвратителен, — серьезно заявили мне. — Кори, ведь ты нужна мне.
— Что? — такого уж точно не ожидала. И тем более не ожидала того, что последовало дальше…
Меня обняли, уткнувшись лицом в плечо и громко вдыхая мой запах. Крепко-крепко, не давая возможности сбежать.
— Ты чего? — от растерянности я даже не пыталась вырваться.
— Я сам не знаю, что со мной! Просто когда ты рядом становится легче.
— А мне наоборот... хуже! — честно заявила я и нахмурилась, твердо отстраняя блондина. — Ты что уже задумал? Признавайся!
— Ничего! Можешь мне не верить, не прощать и ненавидеть. Судьба до боли иронична.
Что-то подсказывает — не в судьбе дело. Тогда, два года назад, мое проклятие ведь не подействовало. Могла ли я в чем-то ошибиться?
— И когда я стала тебе нужна? Часом не с того раза, как пыталась тебя проклясть страхом?
— Нет, — покачал головой Далион, не делая больше попыток обнять. — Твое проклятие не нанесло вреда, благодаря моему щиту. Или ты думаешь, я не рассматривал такого варианта?
— А я не рассматриваю варианта, что ты вдруг воспылал ко мне чувствами! Это странно, Далион, и мне это не нравится. Если затеял очередную игру, лучше сразу скажи, чего хочешь?!
— Я просто хочу, чтобы ты перестала меня ненавидеть.
— Долго стараться придется.
— Неужели ты до сих пор ничего не поняла?
— Интересно, что? В детстве ты лишил меня семьи, отправив в пансион, а спустя несколько лет пытался отнять мою свободу. Нет, Венский, чтобы ты ни говорил, глупо было думать, будто твои слова что-то изменят.
— Я и не думал, — пожал плечами Далион и неожиданно накрыл мою ладонь своей. — Просто знай, ты нравишься мне. Действительно, нравишься, Кори. И я проиграл. Банально проиграл, еще с того самого момента как пригласил тебя в дом.
— Далион, серьезно, это не смешно! Ты мой враг. — Я резко выдернула руку. — И им останешься навсегда.
Я совершенно не понимала его, и все больше склонялась к тому, что намудрила с чем-то. Никакой щит бы не стал преградой для моих нитей. Выходит, проклятие сработало, просто не так как мне хотелось? Осталось только понять как именно...
— Далион, — серьезно сказала я, отодвигаясь от него подальше. — Предупреждаю сразу, еще раз ко мне прикоснешься, за себя не ручаюсь. Не знаю, что у тебя приключилось в голове, но ты мне не нравишься. Ты двуличный и хитрый. Я хорошо помню, как ты пел соловьем те два дня, чтобы влиться в доверие и забрать силу. Не думай, что я настолько глупа. И если тебе, в самом деле, плохо, что же, тогда я рада. Пусть проклятие сработало не совсем, как мне хотелось, но это лишь значит, что тебе будет еще хуже!
— Это не проклятие.
— Проклятие! — с уверенностью заявила я, впервые с момента поступления всматриваясь в ауру блондина. — И я вижу это! Не забывай, что перед тобой адептка темного искусства, жалкий целитель.
— Не может быть проклятие, — покачал головой юноша, неожиданно вскакивая с кровати. — Каждый адепт проходит через арку истины. Тебе ли не знать?
Конечно, знаю. И это значит лишь одно... мои нити способны обмануть даже древний артефакт богини Имары. Понятно, что я узнаю свою силу в его ауре, странно, что он не понимает этого. Либо не разбирается? Нет. Странно. Ведь тогда, в школе, Венский видел магию нитей. Или он не чувствует их потому что сам под действием?
Не понимаю! Зато отчетливо испытываю облегчение. Не стану снимать проклятие. Так даже лучше. Пусть мучается. Я ведь этого хотела. Но что пошло не так?
— Лэкорил, — вновь полным именем назвал меня маг, — ты ошибаешься. И поверь, я сделаю все, чтобы ты изменила свое мнение обо мне.
— Попробуй! — победно улыбнулась я, вспоминая, как он также ответил мне четыре года назад, когда я заявила, что освобожу свою семью.
— Не сомневайся, — заверил Далион и вышел из зала, оставляя меня одну.
На моем лице все также сияла широкая улыбка. Настроение поднялось, и я вдруг поняла, что такой поворот намного лучше.
— Венский, кто бы мог подумать, что все так обернется? И господин станет невольным, а невольная госпожой… твоего сердца. В самом деле, ирония.
