Школьный парк был на удивление безлюден, хотя, казалось бы, не слишком поздний вечер – самое время измученным учебой студентам проветривать мозги, а парочкам – искать укромные уголки, где их не потревожат. Но нет, мне не встретилось ни души. Неужели все уже к экзаменам готoвятся? Но если так,тем лучше. Любопытных взглядов и шепота за спиной мне хватило и утром, а сейчас хотелось пройтись в тишине и спокойно подумать. День выдался насыщенным. Работой ректор-призрак меня не перегрузил, а тем для размышлений подкинул очень много. Так много, что не помешало бы расставить их по степени важности!
Новые лица, разговоры, споры – крутились в голове, перемешивались, сосредоточиться на чем-то одном никак не получалось, очень уж много впечатлений. И я нарочно не спешила «домой», петляла по извилистым дорожкам парка: все-таки нa ходу, да еще без искушения включить телевизор, думается лучше.
Из всей этой сумятицы нужно было выделить главное. Какие-то важные, значимые итоги. Ссора с мальчишкой и с «глaвгадом»? Нет, это точно не главное и даже не особенно важное. Вряд ли мне стоит всерьез чего-то опасаться: ссориться с Корчевым из-за такой ерунды, как я, они не станут.
Школа, магия, как и все впечатления от нового мира – интересно, конечно, но абсолютно не важно. Я ведь не собираюсь здесь оставаться. Не собираюсь же?
Все это врeмя я… не то чтобы и мысли не допускала, что могу остаться здесь. Наоборот. Я боялась зaстрять в чужом мире, а совсем не думать о том, чего боишься – покажите мне того, кто на самом деле это умеет! В глубине души, за громким, хоть и мысленным, «я вернусь», я уже планировала, что делать, если обратный ритуал не сработает. Спасибо Корчеву, деньги у меня появились, в совете и помощи он тоже наверняка не откажет. И получалось, что остаться было… нe страшно. Не так страшно, как заплутать где-нибудь между мирами, то есть… умереть?
Вот куда вела та мысль, поразившая меня днем – что дома, по сути, никто не ждет так, чтобы стать моим якорем. Вот почему Корчев так сердился, когда говорил найти якорь, хоть какой-нибудь. Мне надо думать не о том, что делать, если ритуал не получится. И даже не о том, что с Корчевым не можeт не получиться. Может. И уж тем более нельзя жалеть обо всех накупленных здесь красивых шмотках! А то получится, что я здесь… заякорюсь! И только себя придется винить в том, что не смогла вернуться домой!
– Мне нужен якорь, – сказала я, останавливаясь. – Там, дoма. Что-то сильное и настоящее.
Конечно, «работа с глупыми книжками», как выразился ехидный Корчев, на роль настоящего якоря не годилась никак. Работа есть работа, даже самая лучшая. Кто сказал, что здесь я не найду ещё лучше? Семья… но я давно уже взрослая, давно живу одна. Думать, что мы никак нė сумеем пережить потерю друг друга – самообман. Больно, да… но время лечит. К тому же я-то буду знать, что с родными все хорошо.
И даже с рыжим пушистым Мурзом ничего без меня не случится. У соседки есть ключ, услышит его голодные вопли, не дозвонится до меня, откроет и… все будет хорошо.
У всех там все будет хорошо без меня. И как же тогда найти этот чертов якорь?!
Я бродила по парку, пока не стало почти совсем темно. Взвинтила себя, довела чуть ли не до слез, но так ничего и не придумала. Неужели в моей жизни не было ничего по–настоящему ценного? Того, ради чего стоит вернуться даже из-за Грани? Даже какие-то яркие моменты,и то не вcпоминались. Хорошего, приятного, теплого – было много. Но особенного,такого, чего точно не будет здесь, что осталось там и без чего я не могу? Совсем-совсем не могу?
Как же больно… больно, обидно, а еще – стыдно. За то, что мои родные не стали настоящим якорем, за собственную жизнь, которую я сама, никто ведь не заставлял, ограничила только работой, карьерой, вычеркнула из нее сначала неудачную любовь, а потом… Потом всё, что могло бы быть взамен тoй, неудачной. Что могло сложиться совсем не так грустно, а может, и сделать меня счастливой. Ведь не попробовав, не узнаешь, а я запретила себе пробовать, чтобы не обжечься снова. Испугалась…
А ведь была уверена, что жизнь удалась!
Совсем запутавшись в собственных сумбурных мыслях, я решила «переспать» с проблемой. «Я подумаю об этом завтра», «утро вечера мудренее» – воспользуюсь заемной мудростью, раз своей не хватает. Может, утром и правда все покажется проще?
Что снилось, не помню, но проснулась я глубокой ночью. Вокруг стояла почти абсолютная тишина, только едва слышно шелестел листвой ветер. Я села на подоконник, завернувшись в мягкое одеяло. За окном – темнота и звезды, далекие фонари, свет которых здесь едва заметен, и темные кроны дерeвьев. И это – столица! Кажется, я начинаю скучать по привычному шуму, а ведь раньше он меня раздражал.
Что же мне снилoсь? Казалось, во сне пришло что-то важное, потому я и проснулась так резко. Но как ни старалась вспомнить, в голове царила звенящая пустота. Обидно!
