— Братья киирины, — медленно и торжественно начала я, но голос предательски дрогнул. Кашлянув, я глубоко вдохнула и начла ещё раз: — Ребята! Я хочу сказать вам кое-что важное. Вы не хуже меня знаете, что там, — я кинула в сторону моря, — враги, а там, — кивок на сушу, — умирают наши собратья. Все мы хорошо понимаем, что и зачем собираемся сделать, но я напомню ещё раз. Крис, мы спасём наш клан и отомстим эйноматринцам за всё. Рейнер, если всё получится, мы победим до прихода подмоги. Олли… Я не знаю, что тебе сказать, но Малисана будет в восторге. Пожалуйста, забудьте о вашей неприязни. Не думайте о том, что мы потеряем, если провалимся. Помните о том, что будет, когда мы справимся. А теперь давайте сядем, я боюсь, если мы будем делать это стоя, то просто упадём.
Если — когда! — мы справимся, в этом мире родится ещё одна сказка, одна из тех, которая с годами становится легендой. Матери будут рассказывать её своим маленьким детям из года в год, из века в век передавая моё наследие. Даже если я умру, успех сделает меня бессмертной в глазах этого мира, позволит мне стать маленькой, но весомой частичкой той самой Вечности, что показало мне Древо. Моё сердце медленно и тяжело билось в груди, когда я протянула руки вперёд, а потом три посоха легли в них.
Три посоха — это много, больше, чем я когда-либо держала за один раз. Руки немедленно затряслись под тяжестью их силы, дерево смешивалось, превращаясь в бесформенную субстанцию, пузырилось, увеличивалось в размерах. На то, чтобы оттолкнуть это от себя и закрепить на Стене в стороне от нас, ушло так много сил, что я испугалась. Как я заставлю дракона лететь, если с трудом двигаю неживой предмет? Прошлый дракон, которого я создавала под руководством Криса, не смог полететь вообще, но это было давно. Это было до уроков на летательном устройстве Дана.
Ком из трёх посохов продолжал стремительно расти, постепенно обретая форму. Мы не обсудили, насколько большим должен был стать дракон, а теперь оказалось поздно: я не была способна на достаточно длинные осмысленные предложения. Судя по всему, Крис вознамерился создать существо размером с корабль. Я слушала тяжёлое дыхание Призрака и вдруг поняла: несмотря на сложности, он сделает всё, что возможно, и, может, даже немного больше для спасения клана. Все мы четверо пришли сюда с одним намерением, и слышащие это знали.
Громадный чёрный дракон неподвижной фигурой замер перед нами. Его глаза отливали красными рубинами, казалось, он в самом деле смотрит на нас. С силой втянув носом прохладный пахнущий морем воздух, я приказала дракону расправить крылья, и он подчинился. От тяжести я пошатнулась и упала бы, если бы не упиралась плечами в плечи Криса и Олли. «Держись, Ярна», — велела я себе. Дракон несколько раз взмахнул крыльями и взлетел.
Порывы создаваемого крыльями ветра взъерошили волосы. К счастью, зверь находился достаточно далеко от нас, чтобы не смахнуть своих создателей со Стены. Поднимаясь всё выше в воздух и отдаляясь от нас, он превращался в чёрное пятно на фоне ночного неба.
— Огонь, — невнятно выдохнула я, но Олли услышал. Чёрная фигура вспыхнула рыжим, как волосы ученика Старшего Слышащего, пламенем.
Это не могло остаться незамеченным ни с суши, ни с моря. Гигантское пламенеющее существо медленно и неотвратимо летело над морем, и огненные вихри вырывались из-под его крыльев — вихри безжалостного всесжигающего огня посоха киирина. Чем ближе к вражеским кораблям приближался дракон, освещая их, словно маленькое солнце, тем лучше становилось видно, что они дёргаются на месте, пытаясь изменить направление движения, убежать прочь. Наивные. Они посягнули на земли, за которые мы решили умереть, а значит, раз уж мы смогли найти на них управу, надеяться на пощаду было глупо.
Дракон приблизился, и ближайшие к нему корабли вспыхнули, словно солома. Мне показалось, что я вижу, как крошечные человеческие фигурки прыгают за борт за миг до того, как вскипит вода. Один за другим девять кораблей превратились в чудовищные свечи, и только десятому я позволила уйти, ограничившись тем, что подпалила паруса и мачту. Если эйноматринцам удастся потушить пожар, а потом успешно вернуться домой, они расскажут остальным о том, что видели. О том, что было на самом деле. О гигантском огненном драконе, за считанные минуты обратившим девять кораблей в угли и пепел, а потом развернувшегося к берегу, где в ужасе застыли два забывших сражаться войска.
— Своих не убей, — буркнул Олли.
