Увиденный ответ потряс Ольгу. Тигран качал головой.
— Я заботился о ней, не тревожа понапрасну, и она платила мне той же монетой.
— Она — идиотка?
Это был глупый вопрос. Ответ был очевиден. Она была злой и эгоистичной дурой, беспокоящейся только о себе и о своем сыне. Почему она не вспомнила и не подумала о том, что не любимая невестка носит под сердцем ее внука? Ведь он был частью ее семьи!
— Хотя, что это я?! — продолжала яриться Ольга, приходя в ужас от этих отношений.
Она думала, что это у нее с теткой отношения токсичные. Ан нет! Вот, где таится полный трэш!
— Это у вас семейное!
— Потому что она плохо думала о Наташе, — ответил Тигран на ее вопрос, проглотив брошенные оскорбления. — Она была детдомовской и по ее мнению могла нагулять ребенка на стороне.
Ей казалось, что ее нельзя было шокировать ничем. История вышла невероятной. Но оказалось, что прав был Эйнштейн, говоря, что бесконечны две вещи — Вселенная и человеческая глупость[1].
— Пусть так, но это ведь не важно, когда на кону здоровье и жизнь беременной женщины, — прошептала Ольга и, не выбирая слов и выражений, добавила следующее. — Относись, как хочешь ко мне, но я считаю, что твоя мать больная на всю голову.
Ольга бы добавила еще кое-что. Она подумала о том, что Наташа оказалась права и Тигран никогда не любил ее. Иначе, как было объяснить, то, что за все это время он не навестил ее? Вместо этого она спросила следующее:
— Почему ты не поверил им?
Они должны были выслать какие-то доказательства того, что их угрозы — это не пустой звук.
— Они не могли сделать этого.
Поступи они так, все стало бы до очевидного ясно — что происходит и кто стоит за этим преступлением. Тигран мог поднять на уши всех и тогда бы сели все.
— Ума не приложу почему ты не сделал этого с ними? Почему примчался на дачу со своими…
Ольга проглотила слово «отморозки», заменив его на дружелюбное «приятелями». Тигран в ответ на это поиграл желваками и словно нехотя ответил:
— Это я сейчас такой…
— Порывистый? Неуравновешенный? Бешенный? Невыносимый?
Тигран кивнул, дернув уголками губ в некоем подобии улыбки.
— Никогда не поверю!
— Придется, — ответил Хамиев, вновь заскрипев челюстью так, словно пережевывал моллюсков.
Целиком! Прямо с вместе с раковинами. Так сильно скрипели его скулы, зубы, сухожилия и, вероятно, мозги.
________
[1] Есть две бесконечные вещи — Вселенная и человеческая глупость. Впрочем, насчёт Вселенной я не уверен. (с) Альберт Эйнштейн
— Если бы я поступал так каждый раз или в тех случаях, когда кто-то не так посмотрел на мою родню, то меня бы уже давно поперли с органов.
— Тогда был тот самый случай! — продолжала напирать Ольга, добиваясь чего-то более вразумительного чем вот это вот всё! — Потерпели бы твои органы!
— Был! — рявкнул в ответ Тигран, поднявшись из-за стола.
— Почему ради меня и Макара ты завалился со своим мини взводом на другой конец Москвы, а ради жены не смог нарушить ни принципы, ни инструкции?!
Он закрыл дверь на кухню, но совсем не потому, что блокировал возможность для ее побега, а чтобы деревянная створка хоть сколько-то заглушила их набирающий силу повышенный тон.
— Ты думаешь я не притащил туда всю Лубянку?!
— В смысле, — Ольга осеклась, осознав сказанное. — Ты все-таки сделал это?
— Не всю, — выдохнул он, неожиданно сбавив напор и совсем тихо, прямо на грани восприятия, — а тех, кто был готов рисковать.
Мир изменился давным-давно. Может он всегда был таким — жестоким и ни черта не благородным. У всех было что-то, что не хотелось терять, всем нужно было есть, пить, воспитывать детей с возможностью заниматься любимым делом.
— Ты не нашел их?
Ольга совсем потерялась, не ожидав такого поворота событий. В ее голове было все просто, а теперь, когда он ответил ей — это всё перестроилось и стало закручиваться в какой-то сложный рисунок головоломку.
— Нет.
Тигран закрыл глаза, сколько раз побившись затылком о стеклянные вставки в двери.
— Мы обшарили все дома, которые принадлежали Илясову. Но это ведь не значит, что у него не было тех о которых мы не знали?
Тигран был до обезоруживающего прав — у его противника было больше ресурсов, возможностей и помощников. У Хамиева же наоборот — все играло против него самого и даже он сам. Он мог вечно разыскивать Наташу и, если бы удача улыбнулась ему, то обязательно нашел, но только при условии, что искал бы.
— Как раскрылся обман матери?
— Я приехал домой.
Руководство (при условии, что он хорошее) рано или поздно узнаёт обо всем, что происходит под его началом. Тоже самое произошло с Ратниковым. Генерал пришел в ярость, но не вышел из себя окончательно только потому, что все обошлось «малой кровью», то есть никто не узнал о случившемся произволе. В дураках оказался один лишь Тигран и те, кто доверился ему.
— Когда я приехал обратно, то принялся обзванивать родильные дома и больницы. Все было бы быстрее, если бы я не накосячил ранее.
У Тиграна воплотилась в жизнь сказка про мальчика и волка. Он не кричал об этом бесконечно долго, привлекая внимание неравнодушных. Реальность внесла свои коррективы.
— Тебе отказались помогать?
