Она нашла в телефоне нужное приложение и выбрала “открыть шлагбаум”. В доме в Малинках они с Вадимом так и не были со дня покупки, поглощенные своими делами и светской жизнью. Всё планировали когда-нибудь сделать из этого дома резиденцию для встреч с друзьями, барбекю и спокойного семейного отдыха. Не вышло.
А вышло, как в мелодрамах, которые сплошным потоком выходили из-под продюсерского крыла Дацкова: главная героиня, прекрасная молодая девушка, влюбилась в идеального мужчину в приятном возрасте, и их любовь прошла все испытания, красиво завершаясь романтичной свадебной церемонией где-нибудь… в Мексике. В череде второстепенных персонажей на заднем плане проплывала несчастная жена героя-любовника, как правило, истеричная тетка с уставшей внешностью, зачастую алкоголичка, или того хуже. Такой второстепенной Лена себя сейчас и ощущала. Сюжетный балласт, досадная помеха на пути к счастью героев.
Такси заехало в поселок и свернуло на нужную улицу.
Лена, даже в нынешнем состоянии духа, не смогла не отметить, как красиво было здесь, особенно на их улице. “На моей улице”, – поправила она себя мысленно.
За большими металлическими воротами ее ждал просторный двухэтажный дом с окнами в пол, каменистой дорожкой, площадкой для барбекю и газоном, изрядно заросшими травой.
“Ничего, – надо же мне чем-то заниматься! – Буду ходить с газонокосилкой. Посажу цветы, как в детстве у мамы, бархатцы! Такие пушистые и оранжевые! Анютины глазки, что там еще, розы?”. На этом познания в садовых цветах, Лены, городской жительницы до мозга костей, закончились.
Водитель помог занести багаж и уехал. Лена осталась одна в пыльном доме, в который почти год не ступала нога человека. В доме, который достался ей после развода и стал символом несбывшихся совместных планов и надежд.
– Кстати, о бывших женах-алкоголичках! – сказала она вслух, заглядывая в холодильник и кухонные шкафы. – Неплохо бы доставку продуктов заказать.
Затем поразмыслила и решила, что ей нужен повод выйти на улицу, иначе можно и совсем одичать.
Она переоделась в светлые брюки палаццо и тонкую белую рубашку, взяла солнечные очки, телефон, ключи и вышла на улицу. Поселок был компактный, неподалеку находился минимаркет, примеченный еще из окна такси.
Лена немного прошла по улице в нужном направлении. Легкий майский ветерок донес с детства знакомый аромат. Сирень! Как давно она не ощущала этого запаха. На языке цветов сирень означала первые чувства, наивную юношескую любовь. Для Лены это был аромат ностальгии и юности. Возле родительского дома густо росли кусты, которые начинали зацветать в середине мая и заполняли все вокруг невероятным, чудесным запахом.
Источник аромата без труда обнаружился через дорогу. У дома, спрятанного за металлическим кованым заборчиком росло несколько сиреней, зацветших белыми, светло-сиреневыми, фиолетовыми кистями соцветий.
В Лене колыхнулась детская вера в чудо, она вгляделась в одну из веток: вот он! Цветок из пяти лепестков. Лена закрыла глаза и загадала: “Хочу снова почувствовать себя любимой, желанной женщиной”. Она сорвала цветочек и положила себе в рот, быстро прожевав. Язык ощутил горечь и эфирное послевкусие.
– Вкусно?
Лена подскочила от насмешливого замечания. Сзади стоял молодой мужчина и с любопытством наблюдал за ее актом символического поедания кустарников. Незнакомец был симпатичным. Светловолосый, с мягкими чертами лица, в простых голубых джинсах и светлой футболке, покрытой зелеными и желтыми пятнами, похоже, что от краски, он выглядел непосредственно и мило.
Она быстро взяла себя в руки, сделала уверенное лицо и ответила:
– Не попробуешь – не узнаешь. Только нужно отыскать с пятью лепестками и, загадав желание, съесть.
– Так, так, – парень с картинным прищуром вгляделся в ближайшую ветку с цветами, – все с четырьмя. Похоже, вы съели единственный волшебный цветок.
– Вы плохо ищете, – сказала Лена, разворачиваясь в сторону минимаркета.
– Подождите, подождите, – остановил ее молодой человек, – я Антон, – он протянул ей руку. – Малярничаю здесь, вот. Вы же из того дома?
– Очень приятно, Елена, – ответила Лена, но руку не приняла, только кивнула. – Да, из того. Ну мне пора. До свидания! – Она быстро пошла, ощущая, что Антон продолжает смотреть ей в спину. Хотелось обернуться, чтобы проверить так это или нет. Но если вдруг они столкнутся взглядами, будет неловко. Интересно, сколько ему лет? Двадцать четыре, двадцать пять?
Из магазина она вышла с двумя набитыми доверху пакетами: почему-то оказалось, что ей нужно было вообще все.
И ведь могла бы заказать доставку! Но импульсивно нахватала полную тележку всякой всячины, и пришла в себя только, когда девушка на кассе озвучила сумму к оплате.
С каждым шагом к дому, пакеты словно становились все тяжелее. Бубня под нос ругательства в собственный же адрес, она зашла в калитку, бросила пакеты на крыльцо и уселась рядом.
