– Драгомир снял с плеч свой и укутал меня.
– Ты же замерзнешь!
– С тобой я не замерзну, – сказал он с намёком, и я вспыхнула.
А потом уже игриво:
– Ты уже стала беспокоиться обо мне?
– Вот ещё! – фыркнула я и мы пошли.
Шли мы в молчании. Драгомир посмотрел на меня и чему-то улыбнулся.
– Что? – спросил я.
– Как странно… Девушки постоянно пытаются увлечь меня разговорами, но мне с ними скучно, с тобой же мы молчим, а мне хорошо.
Я пожала плечами.
– А куда мы идем? – поинтересовалась я.
– Я хочу показать тебе одно место.
Мы шли в сторону кузницы, потом прошли её, и остановились на вершине холма, где под березой было два холмика, окруженные камнями. На них лежали возложенные пироги и пиалы. Я все поняла.
– Тут лежат мои родители, – сказал Драгомир. – Это было любимое место моей матери и отец её здесь похоронил.
– Отец всю жизнь любил мою мать, и после её смерти никто так и не смог занять ее место в его сердце.
Он помолчал. Потом посмотрел на меня, и я понимала, что сейчас в этих янтарных глазах вижу его обнаженную душу:
– Ты в моем сердце, девушка. Я тебя никогда не предам и не оставлю. Я буду беречь тебя и заботиться до последнего вздоха. – В тишине, на этом дорогом ему месте, это была клятва, которая потрясла меня до глубины души.
– Пошли, у меня есть для тебя подарок.
Мы подошли к кузнице. Он зашел туда, а через мгновение вышел и протянул мне браслет, с нанесённым узором и фигурами в виде песочных часов. Я провела пальцем по узору.
– Эта фигура, – он указал на песочные часы, – символизирует великого Леда и Рожану, он отдал ей половину мира, а я отдаю тебе половину моего сердца. У меня захватило дыхание. Я протянула руку, и он надел на неё браслет. После таких слов, сказать просто «спасибо» – было мелко. Я притянула его голову к себе, и поцеловала, передавая переполнявшие меня чувства.
Когда мы шли обратно, ко мне подошла белокурая девочка лет семи, и очень смущаясь сказала:
– Ты вчера всем девочкам делала прически, – и замолчала. А потом, набравшись храбрости, застенчиво спросила:
– А сегодня делаешь?
Я присела перед ней:
– А сегодня я делаю прически только красивым маленьким девочкам. У тебя ленточки есть?
– Есть. – И она протянула мне зажатую в кулачке ленту.
В то время, что я делала ей прическу, набежала ещё детвора разного возраста. Пока я плела и их, Драгомир терпеливо меня ждал, посмеиваясь над маленькими модницами.
– У тебя талант, – сказал он, когда меня наконец-то отпустили и мы смогли уйти.
– Ага, но только этот, – засмеялась я.
А потом я посмотрела на него и уже серьёзно выпалила:
– Драгомир, ну какая из меня жена?! Я ведь ничего не умею и не приспособлена для жизни здесь.
Он остановился и, глядя в глаза, тихо сказал:
– Неужели ты думаешь, что для меня это важно?!
– Мы с отцом привыкли справляться с домашними делами сами. Только после его смерти я договорился с вдовой, которая осталась с пятью детьми: она приходит и делает все домашние дела, а я обеспечиваю её мясом и деньгами.
– Если ты согласишься, то мы не будем ничего менять.
Он нежно дотронулся до моей щеки:
– Для меня важно, чтобы ты была рядом в моей жизни. Проснуться утром и увидеть твои глаза, цвета грозового неба, – произнес он проникновенно. Вот блин! В этот момент его идея со свадьбой уже казалась мне чуть менее безумной. Я взяла его за руку, и мы неспешно пошли к дому.
На следующий день все мужчины поселения поехали в лес пополнить запас бревен.
Лада меня избегала и я решила выяснить с ней отношения.
Перехватив её на улице, я сказала:
– Лада, давай поговорим!
– О чем? – вскинулась она. – Как мужчина моей мечты целовал тебя?!
– Когда ты это видела? – спросила, смутившись, я.
– Вчера на празднике. Я увидела, что вы уходите, и пошла за вами, – и её глаза меня обвиняли.
– Лада, я не планировала этого.
Тут меня осенило:
– Так это ты поэтому с Милославом через костер прыгнула?
Она опустила глаза.
– Лада, не играй его чувствами, он влюблён в тебя.
– Не учи меня! – вскричала она. – Кто бы говорил.
– О чем ты?
– Слышала, как в саду Драгомир предложил тебе быть его женой!
– Что ты еще слышала? – спросила я, покраснев при мысли что она могла увидеть нас чуть ранее.
– Больше ничего, – буркнул она. – Когда я пришла домой, то увидела твой плащ на кровати. Пошла тебя искать и услышала, как он делает тебе предложение.
– Он тебя любит! А ты?! – воскликнула она.
– Лада, все не так просто, – начала я, но она меня перебила.
– Оставь его тем, кто его любит! – И она, резко развернувшись, убежала.
Вот и поговорили. Вздохнув, я пошла в дом.
Днем Улана попросила нас отнести мужчинам поесть к лесу. Она собирала провизию, а мы пошли одеваться. Синий плащ на меху я вернула Ладе, поэтому я надела ветровку, сапоги и импульсивно накинула на плечо рюкзак. Мы взяли еду и пошли. Выходя из дома я взяла накидку, в которой ходила в прошлый раз в лес.
Мы пошли в направлении, откуда я появилась впервые. Миновав это место мы, по кромке леса пошли дальше.
– Далеко идти? – спросила я.
– Лада неопределённо махнула рукой вперед, – она была задумчива и бледна.
– Давай по пути наберем хворост, – сказала она внезапно.
