И мне это нравится. Мне Женька нравится, её легкой походкой, блестящими на солнце светлыми волосами, мандариновым ароматом, нежной кожей, а еще своим талантом, прекрасным голосом и колкими высказываниями. Стоит только немного сдвинуть ладонь влево, и можно обхватить Женину ладонь. Но я сдерживаюсь, хотя ладонь уже покалывает от желания прикоснуться.
– Что думаешь на счет экскурсий? – спрашивает Женя, когда мы уже зашли в кабину лифта.
– Думаю, можно на парочку съездить.
– Отлично, потому что все дни в отеле я сидеть не хочу.
– Я тоже.
Мы встречаемся взглядами и улыбаемся, ведь это так похоже на заговор сообщников. Это точно прогресс.
В номере быстро принимаю душ, списываюсь с отцом, а после пишу Тёме, но друг не онлайн. Ладно, потом ответит. Надеюсь, что он ещё не угробил мою ласточку.
До ужина еще есть время, но в номере сидеть не хочу, поэтому натягиваю первую вытянутую из чемодана футболку с шортами, обуваюсь в кроссы. Знаю, надо разобрать чемодан, но решаю сделать это позже. Но, возможно, что вообще он так и провалятся в неразобранном виде весь отдых, такое уже бывало. Пофиг. Сейчас я хочу спуститься к бару, ведь пришло время вкуснейших коктейлей. А главное – бесплатных.
Ура! У меня получились стрелки с первого раза. Такого просто не может быть. Это турецкая магия!
Нам повезло и сегодня в отеле Турецкая ночь. Что это значит? Что на ужине нас ждет развлекательная программа от поваров и их коронное блюдо, а после приглашенные артисты будут развлекать гостей отеля. Обычно это восточные танцы и акробатические номера. Все это действие завершится пенной вечеринкой на танцевальной площадке у бара на пляже.
Не помню, когда в последний раз отрывалась по полной. Мы с Маринкой иногда, конечно, ходили в ночные клубы, но это обычно исключение из правил, чем наша закономерная привычка. Поэтому для меня это обычно грандиозный выход в свет, вернее в ночь.
Так идеальные стрелки есть. К нему подбираю черное коктейльное платье на тонких бретельках. Волосы собираю в небрежный пучок.
Ну, все готово.
Открываю дверь номера и от неожиданности отпрыгиваю обратно.
– Наконец-то, а то уж думал мы останемся без ужина! – Веселов отлипает от стены напротив моего номера и направляется к лифтам, – ты что передумала? – слышу удаляющийся вопрос.
Что это только что было? Веселов что ждал меня под дверью? А постучаться не судьба? Испугался что ли?
Хватаю карточку от номера и с хлопком закрываю за собой дверь.
– Если ты хотел идти на ужин со мной, мог бы меня и предупредить.
– Не хотел торопить. Ты прекрасно выглядишь, кстати.
Ну вот снова, мои щеки окрашиваются в пунцово-красный. Очень надеюсь, что сегодняшний загар немного скроет мой румянец. Но по ухмыляющейся физиономии Жени понимаю, что от него сей факт не скрылся.
В лифте украдкой рассматриваю парня. На нем белая футболка, голубые шорты и белые кроссовки. И лифт заполняет легкий древесно-мускусный запах. Я закрываю глаза, вдыхаю аромат и задерживаю его внутри себя. На память. Мы стоим так близко, что если я шевельну рукой, то почувствую его руку. Слишком близко. Почему так жарко в лифте?
Наконец двери открываются, и мы почти одновременно делаем шаг, но Женя тут же галантно меня пропускает вперёд. Проходя через холл, бросаю взгляд на отражение в огромном зеркале. Мы очень красиво смотримся вместе. Ну в плане эстетики. Он в светлом. Я в темном. Инь и Янь.
В ресторане уже собралось очень много народу. Половина из них уже заняла столики, а другая – стоит у шведского стола.
– Могу ли я поухаживать за тобой?
Что? А потом… Да почему бы и нет!
– Конечно. Я хочу увидеть, что же ты мне принесёшь, – хитро улыбаюсь парню.
– Ты это не только увидишь, ты ещё и после еды пальчики оближешь.
И уходит за едой. Интересно-интересно. Чем же ты Женечка меня накормишь?
*****
Вот же! Под широкую улыбку Веселова я действительно облизываю пальцы. Это была какая-то очень вкусная рыба, под пикантным соусом. Я не знаю, что именно была за рыба, Женя категорически отказался озвучивать.
– Э нет, Лядовская, не скажу. Я теперь буду единственным, кто знает, что это за блюдо. Если захочешь попробовать его снова, ты знаешь к кому обратиться.
Вот засранец!
– Я тебе это припомню!
– Буду рад, если ты припомнишь еще и это, – и Женя делает то, что я никак не могла ожидать от парня. Он берет мою ладонь и прикасается к ней губами.
И это как чирк спичкой, и я вся в огне. Может со стороны показаться, что это невинный жест, но не для меня, и по взгляду Веселова, я понимаю, что для него это тоже не просто выходка на показ.
– Женя… – выходит тихо, я будто проглотила язык, – мне нужно отойти.
И я выдергиваю свою руку и спешу в дамскую комнату. Боже, я сбежала как самая последняя трусиха.
