История любви длиной в жизнь. Кай так молод, но его жизнь не принадлежит ему. Чтобы сохранить жизни родных людей, Кай работает на тех, от кого они зависят. И оттого душа его одинока. Одинока она была до тех пор, пока не встретила такую же мучительно одинокую и страдающую душу. Но их любовь — греховна. Разве может быть истинная любовь грехом? И сможет ли Кай перешагнуть через свои принципы ради любви? Тоями старше. В его жизни было и есть все. Кроме любви. Действительно ли ему нужна эта любовь, или это просто расчетливое соперничество и желание победить? Победить, чтобы сломить. Тоями прекрасно знает, что его победа — сломанная жизнь Кая. Готов ли он достигнуть желаемого, разрушив судьбу любимого человека? В нашей жизни все неоднозначно. Не всегда все черное есть черное, а белое не всегда оказывается белым. Осудить намного проще. Понять — куда сложнее. Судьба приготовила много испытаний герою этой Книги. Книги, открывающей мир философии, психологии, размышлений, переживаний и подчас сложных решений.
Kalip
Мой странный друг. 1 том. "Книга пламени"
Пролог.
— Ты будешь военным, — повторил несколько раз мужчина средних лет в военном кителе, строго глядя на стоящего перед ним мальчика.
— Но военные убивают людей! Я не хочу никого убивать! — из уст маленького мальчика такие слова прозвучали неожиданно.
Лицо мужчины помрачнело.
— В нашей семье все военные. Это почетно. Наша семья этим гордится. И ты должен этим гордиться! — видя, что мальчик хочет возразить, мужчина добавил, — иди, это уже решено. Ты должен гордиться тем, что будешь военным.
Не по-детски умные глаза ребенка смотрели в глаза своего отца. В глубине взгляда своего сына он прочел слово «Нет!», это его начинало злить. Мальчик еще так мал, а уже не подчиняется его воле. Откуда это в нем? Их семья, все мужчины в ней, были военными, и это считалось за честь. И вот, его сын говорит ему такие вещи, которые никто не смел никогда произнести. Его сын, его младший сын! Почему он такой?
— Иди. И подумай хорошенько, что ты говоришь, — мужчина помолчал, а затем произнес слова, которые прозвучали как приговор, — ты будешь военным!
Мальчик не стал больше спорить, он повернулся и, уходя, незаметно стер с глаз слезы обиды. Выйдя из дома, он взял велосипед.
Поездка на велосипеде отвлекла его от грустных мыслей. Он представлял, что это не велосипед, а конь — настоящий, большой и он едет на нем через лес. Он специально ехал по лесной тропинке, неровность которой и выступающие корешки деревьев подбрасывали велосипед, и это создавало ощущение, как ему казалось, поездки верхом на лошади.
Лес закончился, он ехал через поле между колосьями созревающей пшеницы. Впереди, низко над дорогой летали ласточки:
«Наверное, к дождю», — подумал мальчик.
Он остановился у небольшого пруда, частично заросшего камышами и невысоким кустарником. В глади пруда отражалось небо и редкие облака. Стоял летний полдень. Солнце было в самом зените. В траве стрекотали кузнечики. Огромные стрекозы кружили над его гладью, ища свою жертву.
Мальчик сел у кромки пруда, рядом лежал велосипед. Он мысленно представил, что это его конь, который сейчас попил воды и ест траву рядом с ним. От этих мыслей ему стало не так одиноко — ведь его верный друг рядом с ним.
Мысли опять перенеслись к последнему разговору с отцом. Таких разговоров было много. Сначала на его возражения все смеялись, думая, что он маленький и не понимает, что говорит, но потом — он внутренне почувствовал это — его стали воспринимать по-другому.
Мама — он так ее любит. Но почему он чувствует, что она сторонится его? Он видит с какой любовью она относиться к его двум старшим братьям и его сестре, какая душевная искренность происходит между ними, когда они общаются. А с ним — ведь она тоже говорит ему ласковые слова, но только внутри он чувствует холод...
Когда все поменялось? С того момента, когда он поделился с родными ему людьми, что не хочет быть военным, как все в его семье.
Нет, он обманывает себя, это началось раньше — с самого момента его осознанного восприятия себя и окружающих. Уже тогда он чувствовал свое отторжение. Он всегда это чувствовал. Наверное, истинные чувства нельзя заменить на поддельные. Он становился изгоем. Одиночкой.
Сначала он пытался это исправить. Старался быть ближе к ним. Хотя их разговоры, обсуждения и события их жизни, его не привлекали. Ему это было не интересно и скучно. Но он делал вид, что ему это интересно, он старался быть с ними.
Чтобы сломать так стремительно растущую стену непонимания между ним и его семьей, он стал делиться с ними своими переживаниями, мыслями, чувствами. Считая, что его искренность разрушит эту стену.
Но он ошибся! Его не понимали. Не понимали совсем: ни его мечты, ни его переживания, ни его мысли. Его желание быть с ними единым целым обернулось в прямо противоположное. Он стал изгоем. Он стал совсем чужим для них. Ему было больно понимать, что он другой, что он думает, мечтает и воспринимает мир по-другому. А это было неприемлемо в их семье.
В один миг стена, которую он пытался разрушить, превратилась в неприступную преграду, которую он уже никогда в своей жизни не сможет разрушить…
Глаза опять стали мокрыми от слез, внутри все больно сжалось.
«Мама, папа, ну почему? Я ведь так вас люблю!»
Мальчик плакал, смотря в бездонную синеву неба. Плакала его душа, так и не обредшая тепло семейной любви, одинокая душа, страдающая в непонимании, за что ее не любят…
Затем он стер ладонью слезы. Внутри него появилось новое чувство. Он понял, что уже ничего не исправишь, ничего не изменишь. Он должен быть сильным. Он будет сильным!
— Клянусь, я никогда больше не буду плакать, — сказал мальчик, глядя в глубину синего неба.
Сзади послышались шаги, мальчик обернулся. На тропинке стоял подросток, намного старше него.
— Ты чего здесь делаешь? Это мое место — я здесь рыбу ловлю, — сказал подросток, держа в одной руке удочки, в другой — ведро.
