Тот поздоровался со всеми и принялся рассказывать о достижениях городской медицины и своих личных. После чего неожиданно кивнул в сторону терпеливо молчавшего в сторонке рыжеволосого мужчины: — А теперь я представляю вам вашего нового главного врача — Анохина Льва Романовича. Вам слово, Лев Романович.
В зале наступила звенящая тишина. Первое на что обратили внимание почти все женщины, присутствовавшие в зале — у нового главного врача на пальце не было обручального кольца! Была всего лишь небольшая печатка на левом мизинце. Перед нами стоял тот экземпляр мужского сословия, при виде которого замирает сердце почти любой женщины. Оглядевшись по сторонам, я увидела, что буквально все наши сотрудницы смотрели на Льва Романовича как на нечто неземное.
— Уровень — Бог! — словно услышав мои мысли громко прошептала завлабораторией Полина Сергеевна, сидевшая прямо передо мной. Она была большой любительницей компьютерных игр. Сидевшие неподалёку женщины согласно закивали.
— Здравствуйте, коллеги! — красивым, поставленным голосом произнёс новый главврач и неожиданно улыбнулся озорной, мальчишеской улыбкой. Надо было заснять на видео этот момент. Потому что после этого никто из нас уже не видел улыбки на его лице.
В ответ ему улыбнулись не все. Мужская половина зала сразу почувствовала в нём альфа-самца, который однозначно заставит считаться с собой.
— Подробные данные обо мне прочтёте сегодня после обеда на сайте клиники. Я не стану обещать вам золотых гор, — продолжил новый главврач. — Пообещать могу одно: от каждого — по заслугам, каждому — по труду. А я со своей стороны постараюсь сделать всё, чтобы эти заслуги достойно оплачивались. Более не будем терять времени, вас ждут больные. Все, кто с ночного дежурства немедленно по домам отсыпаться. Всё, все свободны, кроме начмеда, заведующих отделениями, завхоза и сисадмина. Последних прошу пройти ко мне в приёмную через десять минут…
— Красиво начал, посмотрим каков будет через годик-другой, — пробормотал так чтобы окружающие его услышали рентгенолог Арефьев.
— Ничего себе главврач! Да ведь, Владочка⁈ Такой красавчик! — возбуждённо сверкая глазами воскликнула Катя.
— Наверное, — я устало пожала плечами. Мне, честно говоря, было всё равно. Очень хотелось скорее добраться до дома и залезть в тёплую постельку и отоспаться как следует.
И потом, у меня же есть мой Глебушка! Зачем мне любоваться этим рыжим ходячим манекеном⁈
ЛЕВ
«Ну, вот — наконец-то настал этот день! Теперь моя жизнь опять будет наполнена смыслом и некогда будет размышлять о прошлом», — подумал я и подошёл к большому окну. Верхушки деревьев уже доросли до пятого этажа, но сквозь голые ветки двор клиники хорошо просматривался и можно было наблюдать за тем, как работает приёмная стационара, к которой уже стояла вереница из машин «скорой». То там, то тут показывались в накинутых на плечи пальто и куртках сотрудники в синих и зелёных больничных костюмах. К центральному входу стационара направлялись посетители и пациенты…
В дверь постучались и на моё «войдите», — показалась секретарша — Ольга, кажется. Грудастая, в светло-бежевой блузке с глубоким вырезом и чёрной стильной юбке-карандаш с чёрными же пуговицами сбоку. Вильнув крутым бедром, она чуть протяжно произнесла:
— Лев Романович, в приёмную подошли все, кого вы перечислили на собрании коллектива. Им уже можно зайти или подождать немного?
«Ну, что, нужно быть последовательным», — мысленно подумал я, а вслух холодно произнёс: — Вас ведь, кажется, Ольга зовут?
— Да, Ольга Васильевна, — кивнула секретарша и рукой откинула назад длинные, тёмные волосы. Её серые, с поволокой глаза, без тени смущения смотрели мне прямо в глаза.
— Так вот, Ольга Васильевна, для начала принесите мне чашечку чёрного кофе без сахара и минут через двадцать запустите ко мне сначала начмеда и заведующих, а после них — остальных, — я ответил тем же безразличным взглядом этой щучке. То, что она — «щучка» — было понятно с первого взгляда. Есть такой тип женщин, которые, что говорится, знают себе цену и ведут себя со всеми так, как будто им должен весь мир. А эта, как мне известно, была примой в гареме бывшего главного врача. И во мне она сейчас видит ту внезапную преграду, из-за которой прямо сейчас рушится её привычный, благополучный мир «главной любовницы» бывшего главврача Дмитриева.
— Лев Романович, у меня сейчас нет кофе без сахара. Просто Дмитрий Иванович всегда пил кофе с сахаром. Я не могу сейчас сделать вам кофе без сахара, — с каким-то лёгким вызовом произнесла секретарша, не спуская с меня испытующего взгляда.
— А вы сделайте! — с нажимом произнёс я и сухо добавил: — Я работаю только с теми людьми, для которых мой приказ или просьба — закон. Иначе — на выход! Вам всё ясно?
Во взгляде секретарши появилось лёгкое смятение: — Да, конечно, Лев Романович! Я сейчас что-нибудь придумаю.