Судьба в отношении меня выбрала странную тенденцию - с легкой руки забирает все, но если только задуматься над вопросом 'Стоит ли вообще пытаться выжить?', тут же получаю некие определенные бонусы, видимо для стимуляции!
Первая глава.
Привычные краски пестрили яркими цветами, проплывали мимо существа с лживыми улыбчивыми лицами, со снисходительными взглядами и сливались разноцветной стеной с расплывчатыми очертаниями. Весь мир уходил на второй план. Скрипка, еще недавно приятно ласкающая своим переливчатым звучанием слух, теперь скребла по нервам. Сейчас мне уже исполнилось пятнадцать лет, с того времени как моя жизнь изменилась, прошло девять лет. Чертова прорва времени как может показаться с первого взгляда, но именно сейчас стоя напротив черного пятна в потоке разноцветной массы, меня выкидывало из сознания и отправляло в мое детство.
Что могут сотворить с человеком простые слова? Слова, которые произнесло черное пятно с живыми искрящимися глазами, стоящее напротив, меня злили и уничтожали. Память напряглась, вспоминая, затягивая. Я снова была маленькой девочкой, от которой бегу уже семь лет и не хочу останавливаться, пытаюсь пережить, и у меня это неплохо получалось, до этого момента.
Интересно, какой срок годности имеет человеческая память? Если сильно постараться, то самое ранее что я сейчас смогу вспомнить это нашу ферму за городом, с большим диваном, стоящим напротив камина, постоянный шум и гам от маленького братика, который непременно меня достает. Запах ужина, который готовила мамочка. Скрип добротного деревянного пола, раздающийся с кухни, треск горящих дров и уют который приникает в тело и рисует на моем лице улыбку. Я уже привыкла к непоседе, который постоянно крутится возле меня, а сейчас спокойно дремлет на другом конце дивана, засунув в рот большой палец. Милый братишка, еще бы не был таким шумным, вообще бы не отходила от него, но в четыре года именно так и должен вести себя ребенок, поэтому хоть вою и жалуюсь родителям на него, но люблю больше жизни.
Незнаю, почему именно эти выходные всегда вспоминаются, может все дело в том, что это были последние выходные проведенные все вместе? Возможно. Это воспоминание самое больное для меня. Спокойствие и счастье тех дней раздражает больше всего.
Почему никто ничего не почувствовал, что скоро все развалится? Почему я не увидела каких-либо знаков? Постоянно задаю себе этот вопрос, а ответа так и не нашла.
Следующее, что выныривает из подсознания, это молодая женщина в брючном костюме, с грустным лицом, стоящая на пороге в нашем доме с двумя мужчинами в форме полиции. Она гладит маленького Тони по кудрявой голове, а мне рассказывает, как моих родителей не стало в этом мире. Даже сейчас в вихрь воспоминаний врывается детская обида и жгучая тоска по ним. Почему обида? Все потому, что в шесть лет плохо понимаешь, почему тебя вместе с младшим братом забирают в приют из родного дома, в котором ты привык жить. Мои родители погибли в автокатастрофе и самым рациональным, что пришло на ум это банальная обида, за то, что хоть и не виновны в этом, но все же бросили нас. Глупо? Знаю, но поделать с собой ничего не могу.
Стоя на кладбище и смотря на две лакированных коробки, с цветами положенными сверху я не плачу в отличие от маленького Тони, а обижаюсь на родителей, на всех родственников, которые со слезами на глазах причитают рядом и сожалеют нам с братом. Вот только грош цена их слезам, ни кто из них не решился взять опеку за двух сирот. Как только церемония подходит к концу и от еще недавно стоящих гробов остается след в виде большого прямоугольника на земле, все та же милая женщина берет нас за руки и ведет к машине, которая непременно доставит на новое место жительства с кричащим названием «Приют Милосердной Марии».
Если бы меня спросили:
- А как вы понимаете, что такое приют?
Наверное, я ответила именно так:
Приют – это учреждение, где дают кров, воспитывают и учат детей потерявших родителей. Только вот, нам с братом, сильно не повезло с приютом. Вообще в этом месте кричащим о благих намерениях было только название. Вид этого учреждения любого оптимиста заставит приуныть. В первые, увидев толстую кирпичную ограду с коваными воротами, заставило испугаться и прижать братика сильнее к себе. Машина проехала дальше, а перед нами открывался вид длинного многоэтажного здания. Оно было огромным и словно светлым от выглянувшего солнышка из-за туч, что вселяло надежду, что все не настолько плохо, как казалось раньше. Погладив по голове братика и чмокнув его в пухлую щечку, позволила женщине вывести нас из машины. К нам на встречу вышла маленькая и пухлая женщина, которая с доброй улыбкой нас рассматривала. Она была одной из воспитательниц этого места, и пообещала о нас позаботиться женщине из Опеки.
Ложь легко слетала с ее губ, в нашем приюте, воспитателям не было никакого дела до детей и уж тем более до их проблем, не их вина. Слишком много обездоленных детей, у каждого своя трагическая история, свой характер и норов. Со временем даже самое теплое и сочувствующее сердце закаменеет.
