Вячеслав Липатов

Нас объединяла не только дружба семьями, не только дружба наших жён, но и наша совместная работа. Ничего, по-моему, прочнее не бывает. Борис мой друг, и больше тут нечего добавить. Кроме того, что они прекрасные люди, они умеют очень легко входить в контакт. В общении с ними не чувствуется напряжения, навязчивости, никакого давления.

Мне их очень не хватает. Не хватает Иры, не хватает моего друга Бориса.

<p>ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. Жизнь в Израиле</p>

1 февраля 2004 года мы переехали в Израиль. В Бен-Гурионе нас встречал Лёнин водитель, Максим. Лёня не смог приехать, у него была важная встреча. Он позвонил нам и сказал:

- Поздравляю вас с возвращением!

Мне тогда это так понравилось, так это меня тронуло, что трудно передать словами. Первые две недели прожили в гостинице, потом стали искать квартиру. Мы с Борей решили для себя, что будем жить в Натании поближе к друзьям. Вскоре сняли квартиру. И вот в феврале месяце мы гуляли по набережной, любовались небом, солнцем, морем, цветами! У нас с Борей родилась здесь такая шутка: «Спасибо товарищу Путину за нашу счастливую старость!»

Через некоторое время решено было купить нам квартиру. Мы каждый день, как на работу, ходили с риелторами «на смотрины». Нам хотелось жить, как в Коралово, на природе, и чтобы домик был с участком, но довольно скоро мы поняли, что все такие дома далеко от моря. Боря же очень хотел, чтобы мы жили у моря. В итоге Лёня нам купил квартиру, в которой мы живём до сих пор.

Конечно, нам здесь хорошо. Нам нравится Израиль, мы любим нашу страну. Я продолжаю заниматься ивритом. Помню, когда мы приехали и жили ещё в гостинице, Лёня нам сказал: «Подумайте, как вы будете учить иврит». Мы тогда даже не поняли и удивились, в нашем возрасте это совсем не так просто. А он добавил, что раз вы живёте в этой стране, то нужно учить иврит. Он считал, что это наш долг. Я понимаю, что в силу своего возраста я иврит не выучу так, как могла бы лет тридцать назад, но всё равно я занимаюсь с удовольствием. Мозг должен активно работать, а изучение языка заставляет думать. Вот я и стараюсь.

Как можно догадаться, дел у нас с Борей хватает. Мы ходим на концерты, ездим в Тель-Авив на спектакли. Особенно, когда приезжают московские театры. «Ленком» приезжает каждый год, и мы всегда бываем на их спектаклях. Когда из Москвы Вера со Славой прилетают, мы на несколько дней едем на Мёртвое море. На экскурсии ездим обязательно. Вот, казалось бы, Израиль - маленькая страна, а увидеть всё невозможно.

Мы с Лёней часто встречаемся и каждый день созваниваемся, а иногда и несколько раз в день. Он расспрашивает о наших делах, о новостях, рассказывает о себе, что делал, чем занимался. У нас давно сложились такие отношения, что он мне многое рассказывает. Ещё будучи школьником, Лёня делился со мной - рассказывал о друзьях, об учителях, о событиях в школе. Мы спокойны, когда знаем, что он дома. Боря ему как-то сказал: «Лёня, ты звони нам в любое время дня и ночи. Мы услышим тебя, поговорим с тобой, и мы спокойны. Это самое главное!» Мы всегда живём мыслями о Лёне, о нашем сыне.

Леонид Невзлин

Я думаю о родителях всегда, постоянно. Они у меня не то что в графике, они у меня в памяти ежеминутно. Это не только вопрос медицинского обслуживания или практических вещей. Хочется, чтобы им было интереснее жить. Это очень важно. Я думаю о том, что они должны ложиться спать спокойно. Неважно, где я нахожусь, я звоню и говорю, что я дома. Да и в течение всего дня я стараюсь звонить, потому что знаю, что они этим живут. Стараюсь, чтобы они не нервничали, чтобы им было хорошо.

Мой отец золотой человек. Он пятьдесят шесть лет с моей мамой живёт. Он молодец. Она ведь доминирующая фигура. И то, что он её любит, - это стопроцентно точно. Я это вижу.

Перейти на страницу:

Похожие книги