— О, теперь это просто Брайар. — Филомена задумчиво посмотрела в свой фужер с шампанским. — Она сменила имя.
Как нагло эта женщина притворялась, что знает обо мне что-то. Что ей не все равно. Я бы рассмеялась, но я не хотела, чтобы Феликс и Агнес думали обо мне плохо.
Я отстранилась от Феликса, изучая его лицо. В то время как его жена сохранила молодость, ее волосы были желтыми, как солнце, глазницы Феликса превратились в два темных кратера. Его рот был постоянно закрыт, как будто он проводил большую часть времени в депрессии.
Все встало на свои места. Этому человеку - все еще скорбящему о потере сына - больше не место в зале заседаний совета директоров. Неудивительно, что он ушел с поста генерального директора раньше, чем планировал. Но с репутацией Оливера он не мог официально уйти на пенсию. Не раньше, чем Олли получит заслуженное уважение.
И Оливер, стремясь искупить свой грех, сам взвалил на себя всю ответственность. За компанию. Здоровье Себастьяна. В этом был смысл. Мне это не нравилось, но я это понимала. Некоторые люди несут груз своих ошибок дольше, чем их об этом просят.
— Брайар. — Феликс улыбнулся, почти застенчиво. — Прости. Я не в курсе. В последнее время был сам не свой.
— Все в порядке. — Я сжала его руку, глядя между ним и Агнес - и только между ним и Агнес. — Я так рада снова видеть вас двоих.
— Милая. — Филомена положила руку мне на плечо. — Нам нужно обсудить рассадку гостей. Ты думаешь о чем-то большом или маленьком? Наверное, большое. У нас с папой много друзей...
Мне потребовалось все, что было в моих силах, чтобы не отшатнуться. Не потому, что она напугала меня, а потому, что эта женщина впилась своими акриловыми когтями глубоко в мою кожу. Она оттолкнула меня от Агнес и Феликса. Олли проследил за нашими движениями, сузив глаза до того места, где ее ногти оставили небольшие вмятины на моем кардигане. Я покачала головой, давая ему понять, что разберусь с этим сама.
Как только мы отделились от группы, я отвела плечо от женщины, которая меня родила, и скрестила руки.
—
— Пожалуйста, Брайар. — Филомена отбросила пошлость с неприятным фырканьем, но ее голос оставался низким на случай, если кто-то окажется в поле зрения. — Прекрати этот фарс. Ты наша дочь.
— Может быть, твоя. Даже это можно обсуждать. — Я остановилась в коридоре, недалеко от столовой. — А вот Джейсона - нет.
Кровь отхлынула от ее лица. Неподалеку дюжина серверов суетилась над расстановкой столов, переставляя изящный фарфор, тюльпаны и свечи, не обращая внимания на приближающийся сердечный приступ Филомены.
Агнес, Феликс, Оливер и Джейсон присоединились к нам, ввалившись в зал.
— Закуски почти поданы. — Агнес заняла место во главе стола, напротив своего мужа. — Пожалуйста, присоединяйтесь к нам внутри.
Мы с Филоменой остались в коридоре, кивая с фальшивыми улыбками на лицах. Мы подождали, пока все соберутся в столовой, после чего она вернула свое внимание ко мне.
— О чем ты говоришь? — прошипела она, обнажив зубы.
— Я слышала тебя той ночью на балу. — Я сложила руки. — Твой разговор с Купером. Джейсон мне не отец.
— Он - отец во всех смыслах. Он дал тебе все. Всегда относился к тебе так, будто ты его...
— Так ли это? Если это все, на что он способен как отец, я рада, что была единственным ребенком.
— Да что с тобой такое? — Слезы застеклили ей глаза. Она никогда бы не позволила им упасть. Испортить идеальный макияж ради меня было ниже ее достоинства. — Мы оплачивали твою жизнь, пока тебе не исполнилось восемнадцать.
— Ты бросила меня, как горячую картофелину, как только я отпраздновала свой день рождения, — возразила я. — И не все дело в деньгах. Ты буквально бросила меня в Швейцарии и уехала.
— Это была солидная школа.
— Ты ни разу не позвонила.
— Да, но ты достаточно звонила для нас обоих.
Я в раздражении покачала головой.
— Ты не приглашена на свадьбу.
— Давай не будем спешить. — Она подняла руки вверх в знак капитуляции. — Мы совершили ошибку. Но мы хотели бы возобновить отношения. Как мы можем это сделать?
— Вы не можете. — Как будто я позволяла им окунуться в мир Оливера - его богатство, его статус, его родители. Все, что сопутствовало этой фальшивой свадьбе. — Но было бы неплохо, если бы ты сказала мне, кто такой Купер и где я могу его найти.
Не то чтобы я хотела. Но мне нравилось, что у меня есть такая возможность.
Филомена откинулась на пятки, поглаживая внутреннюю сторону щеки.
— Сейчас не до разговоров.
Я откинула голову назад и рассмеялась. Должно быть, это выглядело так, будто мы обмениваемся любезностями.
— Ты не имеешь права решать, где и когда мне с тобой разговаривать. Я больше не ребенок. Мне не нужно спрашивать разрешения, чтобы затронуть ту или иную тему. Либо ответь мне, и я подумаю о том, чтобы пригласить тебя на свою свадьбу, либо не отвечай и терпи последствия.
