- Я ничего не имел бы против, если бы все это делалось за счет прибыли. В этом бы случае ваша семейка обворовывала всего лишь господина Палышева, а он, судя по всему, не возражал. Но последние три года прибыли не было. Сначала из-за кризиса, потом из-за «деятельности» твоего папаши. Так что все эти расходы по твоему… содержанию наносили прямой ущерб бизнесу. А это уже напрямую касается меня, как основного владельца.
Не сомневаюсь, у господина Гурова масса всяких способностей, и одна из них – способность оскорблять лично меня. Расходы по моему содержанию… Неужели нельзя было сказать по-другому? Не смей говорить обо мне, как о домашнем животном или шлюхе!
- Чего ты от меня хочешь?!
- Чтобы ты все оплатил. Аренду квартиры, коммунальные платежи, два последних года обучения, три года твоей красивой жизни. Да, еще твоя машина. За нее тоже придется расплатиться.
- Для тебя это такая серьезная сумма?
Он пожимает плечами.
- Нет, конечно. Это мелочь. Скорей, дело принципа. Прости, но я не могу позволить себя кинуть такому ничтожеству, как ты.
Мелочь. Для тебя это мелочь, но для меня, в моем нынешнем положении это просто огромные деньги. Shit, у меня и без этого хватает проблем.
- Хорошо, я продам акции.
Насмешливый взгляд:
- Я передумал у тебя покупать.
- Продам кому-то другому. Ты не можешь мне это запретить, не имеешь права!
- Попробуй. Но не думаю, что получится. О тяжелом положении компании уже всем известно. Кроме того, обо мне тут тоже ходят самые разные слухи. Вряд ли кто-то решится.
- Тогда погашу дивидендами.
- Ты такой тупой? Ты ведь читал аудиторское заключение. В этом году прибыли точно не будет. Возможно, в следующем тоже. Я не могу ждать бесконечно. Готов дать тебе рассрочку, но начать расплачиваться ты должен уже сейчас.
- Значит, возьму кредит. В конце концов, займу у кого-нибудь!
- Какой ты… оптимист. Сам подумай, кто после всей этой истории захочет с тобой связываться. Не обольщайся, тебе не даст кредит ни один банк. И никто из знакомых тебе не займет.
Опять эта насмешка в глазах, опять он ловит кайф, от того, что унижает меня. Снова эта улыбка во все белоснежные тридцать два. Террорист. Чертов хищник, играет со мной, как кот с мышонком. Даже нет, не кот – хозяин. Хозяин нашкодившего котенка. Тычет меня носом в сделанную мной лужицу. И самое главное – он во всем прав. И акции у меня никто не станет покупать, и дивидендов не будет. И единственный человек, который мне, может быть, что-то займет – это дядя Юра. Но я ни за что не стану к нему сейчас обращаться. Еще неизвестно, что будет с мамой, возможно, мне придется занимать у него деньги на ее лечение.
- Устроюсь куда-нибудь на работу, начну постепенно отдавать.
- Вот против этого ничего не имею. С одним условием. Работать ты будешь в этом издательстве. На высокую должность и большую зарплату, конечно, не рассчитывай, вряд ли от тебя будет много толку. Но что-нибудь подберем.
- Почему именно здесь?
- Я ведь должен как-то контролировать процесс. Не забывай, что тебе еще придется подыскивать жилье. У компании, кроме твоих апартаментов, есть еще небольшой жилой фонд. Всего несколько квартир. Если будешь работать здесь – одна из них твоя. Конечно, ничего похожего на твои хоромы, но жить вполне можно. Разумеется, арендная плата будет удерживаться из твоего заработка, но в любом случае это обойдется тебе дешевле, чем любое другое жилье. Долг тоже будет постепенно гаситься из зарплаты. Допустим... В размере десяти процентов.
- Послушай… Тебе ведь главное – получить с меня деньги, почему бы тебе не забрать в счет долга эти чертовы акции?
Он снова смеется, в наглых серых глазах просто светится удовольствие.
- Нууу… Может, мне интересно посмотреть, как ты будешь барахтаться? Давай, докажи мне, что ты не такое уж барахло.
- Да пошел ты… Не хочу я тебе ничего доказывать.
- Тряпочка.
- Сволочь.
- Я в курсе, ты уже говорил мне.
- А если я все-таки откажусь?
- Тогда я подаю в суд. Так и быть, разрешаю тебе подумать две недели. Если, конечно, твое материальное положение позволяет. Да, эти же две недели тебе на то, чтобы освободить квартиру.
Обидно, черт, как обидно. Угораздило же меня попасть в лапы этому негодяю. Чертов гребаный террорист! От волнения снова мешаю русский с английским:
- Ты… ты terrible…
- Ужасный, - подсказывает Гуров.
- Monster…
- Чудовище.
- Shit!!
- Дерьмо.
- Прекрати переводить, ты…
Он снова пожимает плечами.
- Мы в России, будь добр, говори по-русски.
- Mazer fuker…
- Ёб твою мать.
- Иди на хуй!
- О! Уже лучше.
Мои моральные силы внезапно кончаются. Shit, сейчас разревусь. Встаю из-за стола, иду к выходу. Еле удерживаюсь от слез.
- Не забудь, у тебя две недели. Кстати, машину тоже можешь просто передать компании, я решу, что с ней делать. За ее аренду, естественно, тоже заплатишь.
Молча выхожу в дверь, иду по коридору. Уже почти дохожу до лифта, и тут сзади раздается:
- Антон!
Что еще? Останавливаюсь, поворачиваюсь, жду. Гуров подходит, протягивает мне очки.
- Возьми, ты забыл.
