Вечером этого же дня нахожу в почтовом ящике приглашение на свадьбу. Я знала об этом, но не думала, что наконец решили. Открываю конверт, празднование через пару месяцев. Хоть есть время подготовиться. Бекка нам сообщила на следующий день после предложения Эдриана. Этот парень довольно долго к этому шёл, и пережили немало раздоров, скандалов и отчаяния. Но у них любовь победила. Хоть за этих ребят можно порадоваться. Ни мне, ни Эйми пока это не светит. Шермана вечно нет в городе, семья вроде бы за, но есть невеста, которую ему пророчат, прямо избитый сюжет. Эйми переживает, что он там и не один, он не может убедить ее в обратном, так и бегают со времен колледжа то друг от друга, то наоборот.
Звоню Бекке, обрадовать что получила заветное приглашение. Свадьба состоится здесь в Лос Анджелесе. Церковь, шатёр, только близкие люди. Бекка никогда не отличалась любовью к роскоши, сама простая и Эдриана к этому приучает. Уж не знаю, как его семья на это согласилась, но думаю, что мальчик вырос. Он за неё горой встанет, а как тепло смотрит, бережёт, защищает. Без умиления на них невозможно смотреть. Такой любви и взаимности можно только позавидовать, в хорошем смысле. Думаю каждая девушка мечтала бы о таком парне рядом. Да и смотрятся они более, чем эффектно. Два блондина, под стать друг другу, с аристократической красотой. Дети получатся с шикарными данными. Обсуждаем с Беккой платья подружек, оказывается эта хрупкая девушка все уже запустила. От нас лишь приехать на примерку с клубникой и шампанским. Под конец разговора тревожно сообщает, что один парень, не дающий мне покоя вот уже долгое время подтвердил своё присутствие. Оно и не удивительно, их дружба переросла многое, и нисколько не потерялась между тысячами миль разных штатов. Успокаиваю бедняжку, что я справлюсь и, в первую очередь, обещаю себе справиться. Не могу испортить такой желанный и счастливый день одной из двух своих подруг. Прощаемся на весёлой ноте, обсуждая девичник, все по стандарту, хоть она и против. Однако, оторву Палмер не переубедишь. Клуб, стриптиз, алкоголь и прощание с подругой, смеёмся в голос. Благо, Эйми нас не слышит, уши бы в трубочку свернулись от ее реакции. После разговора улыбаюсь таким хорошим новостям и активно принимаюсь за работу. Нагрузить мозг, чтобы не оставалось времени на навязчивые мысли, касательно одного объекта.
Спустя две недели, девять интервью, многочисленных редакций текстов, громкого скандала с Оливером, мы едем на первую примерку. Музыка в динамиках сносит барабанные перепонки. В машине моей сумасшедшей латины по-другому невозможно. На заднем сидении обещанная клубника и шампанское. Наконец, подъезжаем и я, прикрыв глаза, наслаждаюсь заветной тишиной в машине.
– Ой, да ладно тебе! Не так уж и громко! – ворчит она.
– Не представляю, как ты ещё не оглохла…
– Пффф! Пойдём, невеста ждёт. Наверняка надо ещё и успокоить, трясётся ведь уже, хотя до свадьбы ещё полтора месяца. – больная тема для Палмер.
Шерман однажды сделал ей предложение, и она согласилась. Помню, как она была счастлива, взахлёб рассказывая, но увы, свадьба не состоялась. Подробностей я не знаю до сих пор, только отчетливо помню ее разбитую, в пыльном свадебном платье, с гримасой удушающей боли на лице и рыданиями. Тогда лишь снотворное нам помогло, это был единственный раз, когда я видела такие эмоции Эйми. Спустя три недели она появилась в боевом расположении духа, заявив, что пережила это. Однако, мы все замечали, как тяжело ей даётся эта маска бодрости и мнимого счастья. Глаза то и дело наливались слезами, и проскакивало глухое отчаяние вперемешку с болью, а сама она, будто застревала в пространстве, покидая нас. Разговаривать про Флойда не желала, ни косвенно затрагивая его тему, ни тем более напрямую. Не на шутку волновались, но затем она уехала на полгода. А вернулась вновь активная, дерзкая и эффектная латиноамериканка, которую я узнала когда то в колледже. Я не лезу с этими подробностями жизни, будет готова – расскажет. Все мы носим в себе тайны личных отношений. Про ночь трехлетней давности, так никто и не знает. И думаю, что никогда не узнает.
