Иногда мы даже не подозреваем, насколько может перевернуть всю нашу жизнь один только человек... Своим внезапным появлением.
Ная Багандова
Мой воздух - Ты
Пролог.
Сегодня, когда мне давно не 19 лет, я вспоминаю прошлое с улыбкой. Без сожаления. Конечно же, какая-то доля грусти теребит старые раны, и то только потому, что я скучаю по людям, которых невозможно кем-то заменить или забыть...
Прошлое не станет настоящим, не перерастет в будущее, но оно научило меня любить, ценить и отличать искренность от лицемерия. Поток моих мыслей, этот рассказ - это своего рода искренее желание сказать прошлому "Спасибо" и отпустить его.... Навсегда.
1 часть. Друг моего брата.
Я жила в обычном провинциальном городке в Дагестане, ходила в школу, была активистом города и танцевала в ансамбле. Затем, закончив школу, поступила на психологический факультет одного из местных ВУЗов. Обычная жизнь. Но в 19 лет все резко изменилось.
- Заира, там внизу тебя спрашивают, спустись пожалуйста- зайдя в танцевальный зал, ко мне обратился наш хореограф - Ариф.
Я быстренько спустилась на 1 этаж и то, что я увидела повергло меня в шок. Передо мной стоял мой старший брат Ильяс, которого мы считали умершим. Боже, я даже шевелится была не в состоянии. Мой брат, мой родной человечек... Обморок. Когда меня привели в чувства, Ильяс крепко обняв меня, целовал мои руки, а я просто плакала. Широко раскрыв глаза, чтобы убедиться, что это все не сон, я увидела ребят с зала. Они стояли рядом и явно были напуганны. Естественно, ни о каком возвращении в зал и речи не могло быть. Пока мы были в дороге, оба молчали. Дома оказывается уже знали все. Мама, сидя на диване, от эмоций, что переполняли ее, не могла остановить слез радости. Было решено завтра же сделать мавлид. Потихоньку начали приходить соседи и родственники. Мы не спали до ночи следующего дня.
Поговорить с братом наедине мы смогли только перед сном, когда мавлид закончился и никого, кроме братьев и родителей в доме не осталось.
- Зайка, сестренка, можно войти?
Я, улыбнувшись, села на кровать и рукой позвала его сесть рядом.
- Рассказывай, что случилось тогда? - нетерпеливо спросила я, накрывая его руку своей.
- Честно? Самое банальное. Я был в заложниках, сидел прикованый к батарее. И таких ребят, сестра, очень много. Во время второй чеченской без вести много кто пропал. Но мало кто в живых остался- брат нервно вздохнув встал и начал ходить по комнате.
- Когда меня вытащили оттуда я 39 кг весил- вновь нервный вздох- я в таком виде просто не мог перед вами появиться, мама бы сошла с ума. Да и выживу ли я с таким истощением никто не знал. Документов не было, от бессилия говорить я не мог. Тот, кто меня нашел в подвале, с собой забрал в Питер. Я ходил к психологам. Так, потихоньку, восстановил здоровье и память. И вернулся - подойдя ко мне Ильяс протянул руки, желая меня обнять. Я не раздумывая кинулась в самые теплые объятия моего брата. От чего то хотелось плакать. От осознания того, что он жив и, наверное, от боли, что накопилась за годы его отсутствия.
- Ильяс, я не минуту не сомневалась, что ты жив, я так тебя ждала- тут мои эмоиции взяли верх, и уткнувшись в шею брата, я заплакала.
- Тшш... не надо плакать, я же здесь родная. Пожалуйста, перестань, вытри слезы. Ты уже такая большая стала, такая красивая. Имам тебя не обижает?
- Нет, он просто меня не замечает, так даже лучше. Мне вполне хватило драк с ним в детстве.
Улыбнувшись, брат поцеловал меня в висок и крепче прижал к себе. Что же произошло тогда, в далекие девяностые? Ильяс работал водителем у одного бизнесмена, занимающегося нефтяным бизнесом. В один день он, как обычно, ушел на работу утром, а в обед к нам пришли из милиции. Машина бизнесмена была найдена на обочине дороги, с побитыми стеклами и вся в дырках от обстрела. Машина была в крови, но ни водителя, ни самого бизнесмена в машине не было. Примерно через месяц семья хозяина машины получила анонимное письмо о том, что бизнесмен жив, но они все моментально изменят, если семья не даст выкуп в сумме 10 миллионов рублей. Тогда это была огромнейшая сумма. Начались новые поиски, все ниточки вели в Чечню. Но не одного ни другого так и не нашли. Через четыре года тело бизнесмена нашла его жена, прямо у дверей дома. Но про Ильяса мы так ничего и не узнали. Не могли похоронить, но и верить, что он умер никто не желал.
С Имамом у нас с детства были натянутые отношения, он ревновал, считая, что меня любят больше чем его. Я была младшей и единственной сестрой. И то приемной. Меня удочерили совсем крохой, мои родители погибли. А приемные родители- дядя и тетя по папиной линии. Так что Ильяс и Имам итак получались братьями, только двоюродными.
Поговорив еще немного брат ушел спать. И я, со счастливым сердцем, уснула.
