Будильник оглушил меня настолько неожиданно, что я подскочила и стала судорожно искать телефон, чтобы наконец выключить этот ужасный сигнал. Мой любимый спал на спине, раскинув руки и ноги в стороны и моя кровать под ним казалась игрушечной. Его ноги свисали, вернее ступни полностью висели в воздухе, и одеяло оказалось коротко ему. Мой великан, мой любимый Геракл. Так хотелось остаться с ним и никуда не идти, но я понимала, что должна. Я дала себе пять минут полюбоваться на его роскошное тело, мне нравилось, что он не был тем прилизанным красавцем, он не стеснялся растительности на своем теле, на груди росли волосы, но не густо, это не был густой ковер, а красивый треугольник, который превращался в тонкую полосочку и уходил к паху. Подмышки он тоже не брил, но это все в нем было настолько естественно и безумно сексуально. Я нехотя встала из кровати и поплелась в душ. Бодрости мне это не предало, но выглядеть я стала лучше. Живот опять побаливал от столь активной половой жизни, а может размер был слишком внушительным, может действительно сходить к врачу?
Накрасилась, высушила волосы и решила собрать их в низкий хвост, чтобы не мучиться с укладкой. Вышла из ванны уж с другим настроением, но мой любимый все ещё спал, решила не будить, написала записку, взяла блузку и брюки палаццо и выскользнула из спальни, прикрыв аккуратно дверь.
Оделась и понимая, что жутко опаздываю, вызвала такси. К работе подъезжала впритык по времени. Высокие каблуки не давали мне быстро идти, когда я выскочила из такси. Шаг у меня был уверенный, взгляд сосредоточенный, я мысленно уже была на работе, что даже не сразу заметила людей у входа в офисное здание, которые кинулись ко мне.
Тут начался кошмар, вспышки фотоаппарата, какая-то девушка постоянно пыталась преградить мне путь и тыкала в лицо волосатым микрофоном, задавая каки-то вопросы, в панике я ускорила шаг, но то и дела приходилось отводить рукой микрофон, он был недопустимо близко. Прорвавшись в здание, я думала, что вырвалась, но нет, они тут же кинулись за мной, хорошо, что на посту охраны быстро сориентировались и не пустили их вслед за мной. В растрепанных чувствах влетела в кабинет и закрыла зачем-то дверь. Я тяжело дышала, словно бежала от бешенных собак. Раньше я не понимала, почему звезды ненавидят папарацци. Подумаешь, дай им себя сфотографировать, ответь на пару вопросов и они отстанут, но сегодня я прочувствовала на собственной шкуре, что это. Тебя как зверя гонят, оглушая вопросами и вспышками, слепящими глаза. Я чувствовала себя олененком, все время моргала и резко меняла направление движения. Это был ужас.
Татьяна Павловна первая, кто пришел ко мне с разговором. Она пригласила меня в переговорную, я поняла, что не спроста.
— Лиза, думаю, что тебе стоит взять отпуск. Когда все уляжется, ты сможешь вернуться на свое место, мы такими ценными кадрами не разбрасываемся.
— Татьяна Павловна. Извините. Я сама не ожидала.
— Ничего, я понимаю, но и ты пойми. Потом можно и удаленную работу рассмотреть. Ты сначала съезди в отпуск, а потом решишь, хорошо, а сегодня передай Оле все дела и отправляйся к своему красавчику.
— Спасибо, извините еще раз.
Она ничего не сказала, а я ввела в курс дела коллег и отправилась домой еще до обеда.
В смешанных чувствах я ехала домой, но как только оказалась в залитой солнцем гостиной, я поняла, что так лучше, теперь не надо никуда спешить, моих накоплений хватит на период отпуска, а там действительно будет видно, что делать дальше. Дверь в спальню была закрыта, и я на носочках подошла к двери, тихо. Он еще спит. Открыла дверь, спит, даже не сменил позу, звезда в моей постели во всех смыслах.
Скинула брюки, блузку и нырнула к нему, устроившись у него на плече. Он тут же отреагировал и притянул меня к себе еще ближе. Сердце стучало как сумасшедшее, я ярко почувствовала себя невыносимо счастливой, совершенно безоговорочно счастливой.
— Ты чего такая холодная? — сонным голосом спросил Сережа. — Сколько времени?
— Уже, наверное, двенадцать. Я на работе была.
— Быстро ты.
— Отправили в отпуск.
— Отлично.
Он вдруг перевернулся и навис надо мной. Посмотрел, словно что-то хотел сказать, а потом просто начал целовать меня. Мой телефон разрывался, его тоже оглушал вибрацией, но мы так самозабвенно любили друг друга, что все за пределами нашей постели совсем не интересовало нас. Даже Гарри был за дверью. Все осталось там снаружи, а тут были мы. Только я и он.
Мы уже и забыли о презервативах и если бы осмотреть мою спальню под ультрафиолетовой лампой, комната бы сияла.
— Мне надо в душ. — Сказала, пытаясь встать. Но силы были все потрачены.
— Пойдем вместе. Когда ты перестанешь меня стесняться. Я сначала думал, может у тебя шрамы или ожоги по всему телу. Но нет, что ты стесняешься? У тебя роскошная фигура, секси грудь и попа? Меня то уж не надо стесняться.
Но я все равно прикрылась брошенной на полу блузкой и стараясь убежать, но он поймал, отобрал защитную ткань и убрал руки, которыми я пыталась укрыть грудь.
Он смотрел на меня с любовью, а потом и с поволокой страсти.
