Однажды я сбила собаку. И в темноте не разглядела, что это волк. Но как-то умудрилась затащить его в машину. А волк оказался оборотнем… голым и безумно привлекательным. От автора: лёгкая, добрая, зимняя история любви. Без абьюза.
Однажды я сбила собаку. И в темноте не разглядела, что это волк. Но как-то умудрилась затащить его в машину. А волк оказался оборотнем… голым и безумно привлекательным.
– Дурацкий снег, дурацкий новый год… дурацкий браслет, – пробормотала я, силясь удержать одновременно руль и пытающееся сползти с руки украшение.
Мимо проносились одетые в белоснежные шубы сосны, свет фар выхватывал из темноты сверкающие серебром хлопья снега. Не самая удачная погода для поездки. Не самый удачный день. Не самое лучшее настроение. И всё из-за отца. Он нашёл мне мужа. Так и заявил, пусть и в шутливом тоне. И вместо тёплого праздника в кругу друзей мне предстоит присутствовать на пафосном приёме и улыбаться избранному родителем мужчине. Само собой, я жутко расстроилась и унеслась прочь. В снежную ночь со всем сопутствующим: слабой видимостью и гололёдом. А тут ещё и браслет отстегнулся. Он мне дорог, это единственное, что осталось от мамы.
– Да! – радостно объявила я, когда, удерживая браслет зубами, удалось застегнуть карабин.
И даже руль не выпустила. Но всё же отвлеклась. В свете фар появился серый пёс.
– Нет! – нога налетела на педаль тормоза.
Собачий визг ударил по натянувшимся нервам. Машину занесло, но вшитые в авто системы как-то умудрились выправить занос. Я замерла на обочине. Невидящий взгляд смотрел вперёд. Дворники продолжали метаться по лобовому стеклу.
– Так, Аврора, спокойно, – медленно произнесла я и положила дрожащую ладонь на ручку открывания двери.
Прохладный воздух охладил пылающие щёки. Снег сразу налип на ресницы. Зацепившись ногой о порог, я вывалилась наружу. Алый свет габаритных огней озарял лежащего на дороге пса. Он не шевелился. На глаза навернулись слёзы. Спешно стирая их, я поднялась и подбежала к животному.
– Эй… Малыш? – позвала осторожно и выдохнула с облегчением, когда заметила, что грудь животного приподнимается в такт дыханию.
Правда, «малышом» пса можно было назвать только ради шутки. Я не разбиралась в породах собак, но этот больше походил на волка. Может, из тех скрещенных пород? Как же их? Волкособы? Не помню. Голова совсем не соображает от ужаса. Собака ухоженная, вон как шерсть лоснится. Ошейника нет, но наверняка он чей-то… друг. А тут я, безответственная баба, за рулём. Надо было остановиться и спокойно застегнуть браслет, а не делать это на ходу.
– Дура, какая же я дура, – в расстройстве притопнула ногой и громко всхлипнула.
Снова взор застилали слёзы.
– Так, Аврора, соберись, – снова твёрдо произнесла я.
Собака жива, ей нужна помощь, а не моя истерика.
Быстро протерев глаза, я метнулась к машине, открыла багажник и громко выругалась. Авто не моё, отца, на своём я не решилась ехать за город к подруге. Здесь были какие-то коробки. Свои вещи я бы без раздумий выбросила, но тут явно что-то нужное отцу. Пришлось открывать дверь заднего сидения. Тут нашёлся плед, в который я замотала пса и потащила к машине. Он оказался тяжелее, чем подумалось сначала. Потому, подхватив его под мышки, я просто откинулась на сидение и потом выползла из-под пушистой туши. Взмокла, накушалась шерсти и вспомнила весь свой небогатый словарный запас матерных слов. Но зато самое сложное было позади.
Следом я вновь метнулась к багажнику. Взгляд до этого зацепился за скотч. Схватив его, я закрыла дверь, вернулась к псу и аккуратно замотала пасть клейкой лентой. Может, он и не буйный, но способен укусить незнакомца, либо тяпнуть от боли. У меня так раз было с собакой отца. Пёс мелкий, еле достаёт мне до колен в росте. Но однажды весьма бурно отреагировал на укол, что вылилось в укус. В итоге мне накладывали швы. Потом он, конечно, извинялся, но теперь ветеринара посещал с замотанной мордой. Так что тот опыт очень пригодился сейчас.
– Всё, – заключила я, оценив взглядом свою работу, и захлопнула дверь.
Руки продолжали трястись, да и ноги после подъёма тяжестей, но я очень спешила. Буквально запрыгнула на водительское кресло. И сразу тронулась. На этот раз ехала ещё аккуратнее, тем более снегопад будто усилился. Дворники еле справлялись. Хорошо, что в столь позднее время в воскресенье вечером практически не попадается машин.
Сзади послышалось приглушённое рычание. Мельком взглянув за спину, я передёрнула плечами. Лишь бы не стал беситься… На весь салон раздался сигнал вызова телефона. Так внезапно, что я вскрикнула от неожиданности. Потом нажала кнопку приема на панели.
– Аврора, ты где? – беспокойно спросила Валерия. – Я волнуюсь.
– Я возвращаюсь в город. По дороге собаку сбила. Везу её к ветеринару.
– Какой ужас! Сама как?
– Сама только испугалась, – заверила я её. – А вот пёс без сознания. Надеюсь, дотянет.
– Может мне за тобой…
– Нет-нет, ни в коем случае. Дорога никакая. Сама жалею, что выехала. Вообще ничего не видно.
– Только, пожалуйста, аккуратнее, – попросила она плаксивым голосом. – И хоть сообщение напиши, как доберёшься. Давай я мужа к тебе отправлю?
– Лер, я справлюсь, спасибо, – на губы наползла улыбка.
