По своему я был, возможно, ну, самую малость, я предполагаю, лишь гипотетически, что я был испуган таким своеобразным поведением парня. Произнести вслух свои мысли насчет его этих движений и поползновений в мою сторону я пока не мог, так как уверенности полной не было, а я такой человек, который не будет ни о чем говорить, пока не найду неопровержимые доказательства собственных слов.
Но стоило мне, уже было подумать, что показалось, как Вадим тут же лег на живот, и стал миролюбиво смотреть на меня из-под ресниц, махая ножками. Он издевается или как?
Парень же забыв о той опасности, которую я, по сути, представляю, продолжал соблазнительно на меня смотреть. Хотя именно сейчас – он больше всего пугал и завораживал. Последнее сильнее всего, но все же я не тот человек, который может поддаться минутному порыву. Я не очень-то хочу его терять из-за своей пылкости.
Нет. Я ошибся, когда подумал о том, что он просто страстно смотрит на меня. Все куда страшнее… да ведь он поедает меня глазами!
- Вадим? – тихонько я его позвал, стараясь быть как можно сдержанней в эту минуту, - Ты случайно не соблазняешь меня?
*не бечено*
24. Его обида. ПОВ Глеба.
Спросил, и задумался о том, стоило ли оно того. Ведь я уверен, что Вадима не обрадует такой вопрос.
- Нет, блядь, - ответил Вадим, резко сев на кровати прямо и обижено надувшись.
Чего и стоило ожидать! Видимо я все же перегнул палку, ляпнув не подумав. Я – гений, иначе и не скажешь. Нужно же было все портить, говорить не к месту и не к делу.
Но иначе как было бы остановить этот энерджайзер? В любом случае я не очень хочу торопиться в этом плане.
Я тяжело вздохнул, встал со своего места и обнял Вадима, посадив так, чтобы он как будто сидел у меня на коленях. Парень сопротивлялся, но у нас слишком разная весовая и силовая категория, так что у него ничего не вышло, и я зацепил его в свой захват.
- Не обижайся на меня и не дуйся.
- Отпусти меня, - зашипел он, продолжая свои бессмысленные попытки выбраться из моих объятий.
- Не отпущу, - ответил я, сильнее прижимая его к себе, какой же он хрупкий, - Я слишком сильно тебя люблю, чтобы быть безрассудным. Так что не обижайся на меня. Все придет со временем…
Я уткнулся ему в плечо и ласково поцеловал, чуть приспустив ворот его рубашки.
- Но что в этом такого страшного? – спросил меня он.
- Ничего, - проговорил я, продолжая нежно целовать его шею, - Просто не нужно торопиться. Ты дорог мне.
- Не понимаю.
- А я тебя, - улыбнулся я, и вспомнил слова Вадима о любви, добавил, - Ты сам говорил, что для чувства сильной эмоциональной привязанности далеко не обязательно понимать возлюбленного. Вот у нас с тобой видимо все так и есть.
- Наверное, я был экстрасенсом в тот момент, - отозвался он.
- Определенно, - рассмеялся я, - Так что давай не будешь на меня обижаться?
- Все равно ты – козел! – вспомнил о причине своего гнева Вадим.
Что же я такой дурак-то? И зачем напомнил, ведь он наверняка уже и забыл о том, что послужило толчком к нашей небольшой размолвке.
- Конечно, - не стал спорить я, и просто поцеловал Вадима в губы.
Все же я каждый раз буду так наслаждаться этими минутами, когда мы вместе. Так приятно быть рядом с ним и не важно, как бы сильно я его не любил, но он всегда будет самым ценным в моей жизни. Я никогда в жизни не хочу, даже нечаянно, причинить Вадиму боль. В связи с этим у меня нет и шанса сейчас прикоснуться к нему, я сам себе такого не позволю…
- Как же я люблю тебя, - проговорил я, перестав его целовать.
- Да, - вздохнул он, - А мне повезло влюбиться в такого романтичного идиота. Кто ж знал, что ты такой?
Я не мог не рассмеяться, увидев его обиженную и раскрасневшуюся мордашку.
*не бечено*
25. Внезапно. ПОВ Глеба
Мы бы сидели, так обнявшись и дальше, если бы не звонок в дверь, который несказанно меня удивил, а стало еще и открыть дверь, так у меня вообще расширились глаза в несколько раз. В дверях стоял мой двоюродный брат, сын сестры моего отца – Роман.
Холеный, как и обычно, в светло-кремовом костюме, темные волосы коротко стрижены, взгляд серых глаз смотрит на меня с нескрываемым озорством, и улыбка на пол лица. Он почти тут же, как только я открыл дверь, обнял меня, сжав с такой силой, что я даже услышал хруст чуть ли не ломающихся костей. Он не собирался меня отпускать, пока у меня не перестал поступать воздух в грудную клетку, но стоило мне, наконец, отдышаться, как я понял, почему же Роман меня отпустил – оказалось, он увидел Вадима, и теперь мучил уже его своим «дьявольским» захватом.
- Ром, а ты чего приехал-то? – проговорил я, без приветствия, такая вот у нас манера общения.
- Совсем ты меня не любишь, - попытался притвориться расстроенным он, а я внимательно следил за тем, как Вадим пытался выйти из обруча рук Романа. – Я прилетел два часа назад. Тебе отце звонил все это время, чтобы ты встретил меня…
