Широкая лента пустого в это время дня проспекта угодливо ложилась под колеса. Дмитрий еще не решил, куда везти Ирину – к ней домой или сразу к себе. Вот мелькнул памятник Революции, вот Хазарская плавно перетекла в проспект Науки. И только когда проехали мимо медицинского института, Дмитрий принял решение. Вернее, ему пришла в голову мысль, что дома его могут уже ждать. А встречаться Ирине с ее предшественницей… нет, это будет дешевая мелодрама. Или, что точнее, дешевый фарс.
«Разберусь-ка я сначала со своим прошлым. А потом уже буду заниматься нашим с Ирой будущим…»
– Ну вот, девочка, скоро мы с тобой расстанемся…
Ирина кивнула – до дома было совсем близко.
– Но, думаю, ненадолго. Приведи себя в порядок, поболтай с бабушкой… А вечерком я за тобой заеду.
– Зачем?
– Ну как это «зачем»? Увидеть, конечно, – я же соскучиться успею, а как же мне одному теперь… Да и спать я привык с тобой.
– Дим… Я не знаю, как сказать…
Дмитрий Дмитриевич мягко взглянул на Ирину.
– Я понимаю, тебе надо будет что-то сказать бабушке. Я не тороплюсь, моя хорошая. Давай мы вечерком просто куда-нибудь заедем, может быть, полакомимся какой-нибудь экзотикой. Может быть, просто поболтаем. Я не тороплю тебя. Да и с бабушкой твоей хочу познакомиться. Хочу, чтобы она была спокойна, зная, что ты со мной. Пойми, я не тороплюсь…
Ирина кивнула – румянец смущения залил ей и щеки, и уши, и шею. Дмитрий, конечно, понимал, что фактически сейчас сделал девушке предложение, как бы оно ни звучало. И потому самодовольно улыбнулся – Ирина-то дала ответ, вслух ничего не сказав.
– Запомни, девочка: я никуда не тороплюсь. Но и медлить не намерен…
Ира опустила глаза. Ей стало даже немного страшно… пусть сейчас все идет так, как идет, но вскоре ей надо будет принять решение. Или согласиться с тем решением, которое уже приняли за нее. В любом случае ее миру, привычному и уютному, жить осталось не очень долго. На смену ему вот-вот придет что-то совсем другое. И совершенно непонятно, что именно.
– А теперь отправляйся наверх – бабуля, думаю, уже ждет тебя не дождется.
– А ты? Не поднимешься?
– Не сегодня, девочка… Я не готов к такому визиту. А твоя Марина Борисовна, думаю, готова еще меньше. Вечерком я позвоню тебе, уточнимся. А пока бегом домой!
Ирина поднималась по лестнице. На губах еще остался вкус его поцелуя – уже привычный, уже почти родной, но еще немножко чужой и странный.
«Удивительно, оказывается, еще есть в этой жизни и верные рыцари. Есть и вполне решительные мужчины, не заглядывающие ежеминутно в глаза в поисках решения своих проблем. Есть те, кто привык опираться на себя и самостоятельно принимать решения…»
Ирина подняла руку к кнопке звонка. И только сейчас нашла в себе мужество спросить: а хочется ли ей жить с этим человеком? И что она будет чувствовать,
«Жить с ним – это значит жить
Увы, ответа на этот вопрос у Ирины не было. Пока не было. Но, к счастью, ей еще и не надо было давать на него ответа.
«Я подумаю об этом… потом» – и девушка решительно позвонила.
Жанна раскрыла глаза – солнце пробралось сквозь щель в шторах и хозяйничало в спальне. Девушка посмотрела на часы. Да, еще можно было бы поваляться пару часов. Но сегодня она спала одна, без Алексея, и потому отлично выспалась.
– Елки-палки, как же я с ним жить-то буду? От его бесконечных рассказов голова кружится… Из-за его храпа я и уснуть-то толком не могу… Да и любовник он никакой… Не мой Митечка… Что ж делать-то, а?
За прошедшие две недели Жанна привыкла смотреть на «Буратину» уже совершенно трезвыми глазами. Собственно, с первого дня она видела в нем только удачную добычу, достаточно легкую возможность обрести спокойную жизнь сразу и навсегда. Дело было только за мелкими техническими подробностями. Но именно эти подробности иногда вызывали желание плюнуть на все и вернуться во время, когда дурища Лялька еще не начала соблазнять ее, Жанну, рассказами об идеях своего папаши.
После того приема, когда Алексей едва не облил ее шампанским, дела пошли веселее. Они виделись каждый день, после работы отправлялись куда-нибудь в «уютное кафе». Или кафе оставляли на попозже, а сначала заходили в мебельный салон или бутик мелочей для дома – сказочка про квартирку, которую Жанна «не успела» обставить, тоже пошла в дело. Буратина оказался жутко ответственным и к каждому ее вопросу, просьбе или намеку подходил на полном серьезе. Как только он раскрывал рот и начинал очередной рассказ, Жанна усердно кивала – отчего ее собеседник просто разливался соловьем. Продавцы или менеджеры с удовольствием присоединялись к этим пространным тирадам – и Алексей раскошеливался ради «новой пустой квартирки», причем делал это с видимым удовольствием.
