— Ну… они смутные, как в тумане. Иногда просто на уровне ощущений и запахов.
— А как ты помнишь установленные тебе воспоминания боевого пилота? — задала она следующий вопрос.
— Четко. Наверно потому, что они свежие и прошли программную обработку?
— Нет не поэтому. — Покачала головой врач. — Плюс те тесты которые сделала я. Не сходится твой биологический возраст с тем, который заявлен в твоем личном файле. Так же присутствуют модификации которых у репликов не бывает. Да и прочие результаты углубленных тестов не характерны для репликанта.
Катя подождала пока я осознаю услышанное. Я нахмурилась. Мерзкий холодок предчувствия пробежал по спине.
— А для кого характерны? — прошептала я.
— Все те тесты, которые мы провели. Все, что с тобой сейчас происходит. Твое знание языка Йеши. Генетические лантанские модификанты.
Катя сделала паузу и отпила из чашки чай. Дерек сильнее прижал меня к своей широкой груди. Рука успокаивающе прошлась по спине. Катя продолжила.
— Все это говорит о том, что ты человек, Мэл. Ты не репликант.
— Что? Да нет. Вы наверно ошиблись.
Я посмотрела на Дерека, снова на отрицательно качающую головой Катю.
— Нет ошибки. Я несколько раз переделывала тесты. Ты человек, наполовину лантанка. Один из твоих родителей с лантана. Белые волосы, фиолетовые глаза.
— Мама… — в голове возникло лицо красивой молодой женщины. — У неё были длинные светлые волосы. У папы тёмные.
Внутри меня что то оборвалось. Глаза наполнились слезами. Неужели все, что я помнила о детстве правда?
— У меня есть мама и папа?
Катя закивала головой, ее глаза тоже влажно блестели. Руки Дерека успокаивающе гладили меня, губы поцеловали висок.
— Да, малыш, скорее всего у тебя есть семья.
— Скорее всего? Что ты хочешь сказать? — заглянула в его голубые глаза.
— Пока я ничего не хочу говорить. Я знаю одного человека на Веге, который нам поможет выяснить кто ты. И есть подозрение, что родилась ты не на Лантане, а на Месау. Это сужает круг поиска. Темноволосые люди на Лантане появляются только в одном случае. В статусе дипломатов на небольшие сроки. И знание языка месау, тоже даёт намёк на то, что ты из семьи дипломатов или ученых.
Я прижалась к груди Дерека. Смахнула слезы. Не понимаю почему плачу. Не знаю даже как на все это реагировать. Я человек. У меня где то есть семья. Это хорошо? Да. Мне больше не надо скрываться. Меня не уничтожат деактиваторы. Я могу остаться с Дереком. А что об этом думает он? Я испуганно посмотрела в его глаза.
— А ты?
— Что я? — Он приподнял брови.
Я опустила глаза и уставилась в ложбинку между его ключиц. Боясь услышать ответ и уточнила вопрос.
— Что ты думаешь о том, что я человек?
Дерек ладонью поднял мое лицо и заставил смотреть в глазах. Они светились нежностью. А его голос был мягкий, но очень категоричный.
— Мэл, мне все равно кто ты, репликант или человек. Мне не важно кем ты была и кто твои родители или создатели. Важно, что ты со мной. И я тебя никуда отпускать не собираюсь. Кроме всего прочего, ты мой второй пилот. И у тебя контракт.
Я улыбнулась. Нежность и радость теплотой разливались в груди.
— Мне продолжить? Спросила Катя.
Дерек кивнул. Я развернулась в пол оборота к Кате, чтобы ее видеть.
— Да, пусть услышит, все что знаем мы на данный момент.
Катя кивнула и взяла планшет. Пролистала в нем странички и нашла нужную.
— Итак, продолжим. По документам Эдема ты была приобретена как репликант, двадцать лет физически, и два года фактически.
Я удивленно заморгала. Слова Кати меня здорово запутали и я решила уточнить.
— Ничего не поняла, это как?
— В увеселительные дома нельзя покупать репликантов которые выглядят моложе двадцати лет. Если девушка, человек и идет работать туда добровольно, то она тоже должна быть старше двадцати. Это закон. Репликантов для этих учреждений растят до двадцати физических лет за два года. Отсюда и данные в личном деле. В самом этом заведении ты пробыла год.
Катя осеклась и посмотрела на Дерека. Я почувствовала как напряглось все его тело. Руки сжались в огромные кудали так, что побелели костяшки пальцев. Он резко выдохнул и стараясь контролировать свои эмоции, но все равно его голос прозвучал резко.
— В порядке, продолжай.
Катя сглотнула, снова посмотрела на меня с таким видом, словно это она во всем виновата. Я погладила кулаки Дерека и обратилась к Кате максимально мягко.
— Катюша, все действительно в порядке. Я слушаю.
Врач по кивала, попыталась отпить чая, но тот уже закончился. Продолжая говорить, она встала и поставила чайник греться.
— Так вот по тестам, которые я провела тут, на корабле получается, что тебе фактически не два года. А восемнадцать.
Теперь окаменела я. Восемнадцать лет. Восемнадцать! И из них я лишь частично помню только последний год и обрывочные воспоминания из детства. Дерек тут же разжал кулаки и стал нежно поглаживать меня. Катя теперь с ужасом смотрела на мою реакцию.
