Цепенею под его взглядом, а соски твердеют от колючей прохлады.
Но затем меня пробивает ужасом, и я хочу оттолкнуть рогатого мерзавца, но он вскидывает к моей груди ладонь и сжимает правый сосок до резкой боли, что пробегает по всему телу вспышкой электричества.
— Не дергайся, — радужка его глаз разгорается зелеными огоньками.
Мне стыдно и страшно. Кровь прилила уже не только к щекам, но и к ушам.
— Что я тебе сказал? — понижает голос до бархатного шепота, в котором я слышу серьезную угрозу для своей жизни.
— Ты не любишь истеричек, — с напряженным присвистом отвечаю я.
— Верно.
Разжимает пальцы, и сосок вновь охватывает боль. Со стоном прикладываю ладонь к груди, отворачиваюсь и всхлипываю.
— Не реви, — двумя пальцами разворачивает мое лицо за подбородок к себе, а затем наклоняется и на вдохе касается губ.
Вытягивает из меня тонкие ниточки энергии, и отстраняется, сжав подбородок до боли. На секунду мой взгляд теряет фокусировку, руки слабеют, и я зажмуриваюсь.
— Неплохо, — его зрачки расширяются. — Не обманули.
Хочу спросить, о ком он ведет речь, но не могу вымолвить ни слова.
— Лорд Айрон Стелларион подтверждает покупку, — стискивает мой подбородок крепче. — Завершить транзакцию.
— Транзакция завершена, — вешает бесцветный женский голос у потолка каюты. Подсветка на стенах переливается синими линиями. — Поздравляю с покупкой, Лорд Айрон.
А затем следует гнетущая тишина, и Айрон улыбается.
— Теперь я твой хозяин.
Сердце горячим камнем подскакивает к глотке, а затем падает куда-то в живот.
— Надо выбрать тебе имя, — проводит большим пальцем по нижней губе, давит и мягко оттягивает ее вниз. — Или мне просто оставить тебя Крошкой?
Я хочу вспомнить свое имя, но не могу. И это страшно до дрожи в руках, до покалывания в кончиках пальцев.
Неужели, я — клон?
— Нет, — Айрон щурится. — Ты не клон, Крошка. Клоны пресные на вкус.
— А кто я?
Вскидывает бровь, и виски сдавливает боль. Вопросы задает он. Закрываю глаза и шепчу без вопросительных интонаций:
— Я не знаю, кто я…
— Хитришь, что ли? — хмыкает Айрон. — Не знает она, — смеется. — Твое прошлое тут не имеет никакого значения. Посмотри на меня.
Открываю глаза.
— Ты игрушка, которая развеет мою скуку, — его голос опутывает мое сознание шелковыми нитями, — и не интересными беседами, а ртом, киской и попкой. Для меня важно лишь то, что ты девственница со всех сторон.
Подбородок дрожит, к горлу подкатывает ком слез и леденеют руки.
— Да, — жарко выдыхает мне в губы, вглядываясь в глаза, — я отымею тебя во все твои сладкие дырочки, Крошка. Будешь сопротивляться, возьму силой. Ты — моя.
Меня пошатывает под волной слабости, которая ныряет жаром в глубину живота и плавит внутренности.
Медленно поднимает подол платья. Легкая ткань скользит по ногам, и я выдыхаю через полуоткрытый рот.
Вдыхает мой выдох и ныряет рукой под подол. Вздрагиваю, когда его сухая теплая ладонь поднимается по внутренней стороне бедра.
— Нет… — жалобно поскуливаю я.
— Заткнись, — ладонь поднимается выше, а затем пальцы с нажимом проходят по влажным опухшим складкам. — Ты уже мокрая, Крошка.
Выныривает из-под подола:
— Открой рот.
Теплые, скользкие и солоноватые пальцы проскальзывают за губы и зубы к языку. Ухмыляется:
— И не вздумай кусаться.
— Правила простые, — Айрон давит пальцами на мой язык, затем выскальзывает изо рта и размазывает слюну по губам, — быть ласковой девочкой.
Не сбежать, не отбиться и не договориться.
Меня продали, как куклу, и я не знаю, почему так произошло.
— За грубость и неповиновение буду наказывать, — Айрон клонит голову набок, разглядывая мое лицо. Пробегает пальцами по шее. — Не выводи меня.
От его хриплой угрозы бегут холодные мурашки по плечам, и я медленно сглатываю колючий ком страха.
— Ты меня поняла?
Я знаю, что обещаниями о наказаниях за грубости он не заигрывает и не набивает цену.
— Поняла, — сдавленно отвечаю я.
— Раз поняла, то покажи, какой ласковой кошечкой ты можешь быть, — глаза равнодушные и холодные.
Убирает руку с моей шеи и в ожидании вскидывает бровь, а я в ответ краснею и лопочу:
— Но я же…
— Что?
— Не знаю… — в отчаянии выдыхаю я. — Если я не была с мужчинами… я не умею…
Айрон шагает к зоне отдыха у круглого окна и опускается в кресло, широко расставив ноги.
— Я тебе дам выбор, — откидывается назад. — Либо я тебя сейчас просто трахну без лишней возни, либо ты…
— Ладно, — шепотом перебиваю его и поправляю бюстье на груди, — я поняла.
Делаю глубокий вдох и семеню к Айрону на носочках. Подол платья скользит по гладкому полу.
Подхожу, закусываю губы до боли и аккуратно сажусь на его левое колено. Приподнимает бровь выше, и я на выдохе касаюсь его теплой щеки.
Не могу спорить с тем, что он красивый, но его красота какая-то жестокая, надменная и пугающая. Чего стоят его зеленые глаза, в которых я вижу холодное и голодное чудовище.
А эти рога…
Задерживаю дыхание и поднимаюсь к виску, а затем пропускаю шелковистые волосы сквозь пальцы и касаюсь основания левого рога.
