С другой стороны, чтобы я вернулся тоже в интересах Академии. Раз нашу группу можно брать на зачистки, то комплект из двух топовых шмоток очень в тему. К тому же сильно повышает шансы на выживание всей группы, и меня в том числе. Если так подумать, то Академия в любом случае вкладывается не в пустоту. А наоборот, старается защитить свой актив, которым теперь выступаю я, как можно лучше.
На завтрак прихожу уже к его завершению. Свою группу застать не успеваю, поэтому встречусь с ними уже на самом уроке.
В темпе расправляюсь с несменной кашей и как раз вовремя добегаю до аудитории. Пилюлькин еще не начал вещать, но видно, что целитель в хорошем настроении.
— Здорово, что не опоздал! — говорит Олеся, как только занимаю своё место.
Девчонка теперь сидит рядом со мной, поменявшись местами с Максом.
— У Германыча был, — отвечаю.
Да и зачем скрывать? Олеся сразу понимает, по какому вопросу и переводит тему:
— Ночью в коридоре происходил какой-то кипиш. Ты слышал? — спрашивает она.
Успеваю только кивнуть. Пилюлькин начинает занятие. Урок проходит на позитивной ноте.
— Сегодня расскажу вам про последний третий глиф, — объявляет целитель. — Освоение каждого из простейших глифов строго обязательно для начинающего мага.
Видимо, каждое задание строится плюс-минус одинаково. Сначала нам дают самое главное в теории, а потом мы постепенно всё это отрабатываем. И будем отрабатывать еще месяц, до автоматизма.
Про целительство Пилюлькин может говорить долго. Всё-таки это его основная деятельность. То, чем он живёт всю жизнь и чем горит. Дифирамбы данному направлению слушаем каждый раз много. Третий глиф тоже не становится исключением.
После получасовой лекции Пилюлькин подводит итог:
Всё, сказанное ранее, можно свести к одному: то, что вы изучаете на моих занятиях, в общем-то, не совсем целительство. Третий глиф работает как лечение, но поверхностное и не совсем правильное. На первую помощь — сгодится. И это я сейчас говорю про стихийных магов, у целителей все работает вообще по-другому.
— Как обычно, — слышу сзади вздох Мии.
После лекции сразу переходим к отработке. Пилюлькин, как обычно, подходит к каждому студенту. Подсказывает и контролирует, чтобы глиф получился у всех.
Первой справляется Мия. Это ни для кого не сюрприз. За ней Синегорский: снова решает не выделяться. Девчонка-целительница тут же принимается помогать всем своим ребятам. В нашей группе, к удивлению, первая поднимает руку Аглая.
— Я всё, — озвучивает она и показывает нарисованный глиф.
Я заканчиваю последним, сразу после Марка. Общий результат группы неплохой, но есть над чем работать. Особенно, учитывая тот факт, что среди нас нет целителя.
После того как все студенты поднимают руки, Пилюлькин раздает каждому пузырьки с уже знакомым восстановлением. Все сидят довольные тем, как быстро научились рисовать незнакомый глиф.
— Теперь разбейтесь на пары, — объявляет целитель.
В аудитории повисает некоторое замешательство. Из этого делаю вывод, что на тропе и на полигоне в парах работают далеко не все.
— Давай вместе? — первой предлагает Олеся.
Макс этому только рад. Он остается в паре с Мариной. Они тоже теперь сидят рядом друг с другом.
— Ну да, ну да, мы же именно в таких парах и должны работать, — недовольно бурчит Аглая.
— На тропе может случиться всякое, — объясняет ей Марина и отводит Макса подальше.
— Дело ваше, — пожимает плечами менталистка и нервно зачесывает назад светлые волосы.
Пилюлькин дожидается, пока все разобьются на пары.
— Чтобы быстрее достичь понимания и ощутить, насколько быстро и сильно работает ваш глиф, переходим к практике, — усмехается целитель с недобрым огоньком в глазах. — Сейчас не должно быть паники. Сосредоточьтесь на том, чтобы помочь товарищу.
Никто не понимает, к чему ведет препод.
Пилюлькин создает заклятие, и каждый второй в паре оседает на пол.
— Внимание, сохраняем спокойствие, — объясняет целитель. — Раны глубокие, ходить вы не сможете. По крайней мере, пока вам не окажут помощь. Не переживайте, никому не больно, но иссечение мышцы не позволит вашему напарнику встать. Чего смотрите? Приступайте!
Олеся, как и остальная половина аудитории, оседает на пол возле стены. У неё чуть промокает накидка. Рана довольно глубокая. Правда, к удивлению, кровит, но несильно.
— Тебе больно? — уточняю у девчонки.
— Совсем нет, — говорит она. — Ларик, только давай поскорее. Мне не особо приятно.
Вообще, сам факт, что целитель может, в одну секунду адресно нанести пятнадцать, пусть и неглубоких порезов, а еще добавить обезбол и проконтролировать каждого в зале, заставляет многих пересмотреть тезис о боевой неэффективности целителей. Благо кровь течёт не сильно, а рана не болит, как и обещает преподаватель.
Пилюлькин ходит между студентами и внимательно следит за процессом. Целитель отслеживает, чтобы кровь не текла на пол, а практика прошла без вреда здоровью. При этом никому не помогает закрывать раны.
Долго пытаюсь сосредоточиться. Олеся не мешает и молча ждет. Слышу, как чуть подальше от нас истерит Аглая.
