— Стойте… Пожалуйста, не уходите! — Я чуть было не рванула за ними следом, но прям перед моим носом закрылась дверь. Я рухнула на колени перед ней и начала открыто рыдать. — Пожалуйста… Вернитесь… Папа… Пожалуйста… Мама… — В голове стали проноситься только хорошие воспоминания, связанные с ними. Как папа играет со мной в жмурки, а мама помогает мне. Как мама держит меня на руках маленькую и убегает от папы, а тот пытается догнать. Как мы с отцом на первой тренировке, на нашем полигоне. — Брат… Не уходи… Пожалуйста… Райан! — Моей радости не было предела, когда папа первый раз показал мне маленького и беззащитного карапуза. Папа всегда мне говорил, что я должна защищать его, пока он маленький. А для меня он и сейчас маленький. Я хочу защищать его. Я хочу увидеть его детей, подержать их на руках и гордиться, что именно я их тетя! — Ну, пожалуйста! — А как же без меня будут остальные? Анджела, Кайлани, Берта, Алекс и другие волки моей стаи? Ещё больнее представлять, что они чувствуют сейчас… Они были моей второй семьёй… Розали… Она не пропадет. С ней будет Гарт и Макс. Они не оставят её одну.
Когда я немного начала успокаиваться, то молча села с колен на правое бедро оперевшись руками на пол. Слёзы продолжали катиться по моим щекам, но мне стало чуточку легче. Нужно везде искать плюсы! Даже в моей смерти они есть. Их просто нужно найти…
— Адель… — Слегка повернувшись в сторону своей постели, я увидела, что Гарт присел на её край, рядом со мной. Он взял мою руку в свою и приложил к своей груди. — Я не знаю, слышишь ли ты меня, но точно чувствуешь. — Ошибаешься… Я не чувствую ничего. — Мы принадлежим друг другу, и ты это знаешь! — Его голос был спокоен, впрочем, как и всегда. — Уже поздно мне что-то говорить тебе… — Я нашла в себе силы, чтобы подняться на ноги, и подойти ближе, чтобы заглянуть в лицо Гарта, хоть в последний раз. Вытерев слёзы, я присела на колени, прям перед ним, и потеряла дар речи. По его щекам катилась одинокая слеза. Можно было подумать, что это капелька пота, но нет. — Я успел влюбиться в тебя за короткое мгновение, как последний идиот… Всего лишь за несколько дней близкого знакомства. — Все это время он держал мою руку на своей груди, в области сердца. Я машинально приложила свою же руку к себе на грудь и продолжила слушать и чувствовать, что сейчас снова разрыдаюсь. — Да, поначалу всё рассчитывалось на то, что я сохраню с тобой самообладание, а после возвращения Розы, женюсь на ней и верну свои стаи. — Как и говорил Бетхен. Он силой забрал стаи, но оставил парня в живых и позволил племяннице выйти за него. Но, почему? — Это всё планировалось лишь ради моей матери, и стаи… Но потом, я изменился. Ты меня так сильно бесила, что я думал, благодаря тебе не изменю, своё решение о свадьбе… — Это предложение прозвучало сквозь зубы. Гарт разозлился. — В твоем присутствие моё сердце начинало биться чаще, и только с тобой я по-настоящему мог улыбаться. Ты внесла в мою жизнь новую палитру красок! — Я с грустью улыбнулась. Гарт поднёс мою руку к своим губам и долго держал её так. — Я знаю, ты сделала всё так, как считала нужным. Ты спасла всех от неминуемой войны, которая и так надолго затянулась. Спасибо! Ты вернула мою стаю, мою мать. Спасибо! Ты подарила мне шанс быть действительно счастливым… Спасибо! — Как только он положил мою руку назад, почти сразу же встал с постели, но ещё несколько минут стоял и смотрел на меня. Наверное, ждал проявления каких-нибудь эмоций на моём лице. — Как всегда — недоступная для меня, холодная… — Он вдруг подошёл к изголовью кровати и наклонился ко мне. Недолго думая, едва лишь коснулся своими губами — моих. Я внезапно почувствовала покалывание на губах и прикоснулась к ним. — Я всегда буду любить только тебя! — Через несколько секунд он ушёл. А я и вовсе не заметила, как мою истерику рукой сняло. Я лишь сидела в полной растерянности перед своим телом. Зачем же бабушка привела меня сюда? Хотела, чтобы я послушала прощальные слова? Но, я ведь не умерла, раз ко мне подключен ИВЛ (Искусственная Вентиляции Лёгких) через назогастральный зонд. Выходит, я не первый день такая. Ну точно. Моя кожа очень бледная, а под глазами уже есть небольшие синяки. Должно быть, меня сразу же доставили в больницу. А теперь… Моих плеч что-то коснулось, и я обернулась.
— Мне очень жаль, малышка, что ты увидела такое, но ты должна была видеть, как тяжело сейчас близким… — Это была бабушка. — Я тоже перешла через всё это. Но ты должна отпустить их, как они тебя… — Почему… Почему я такая идиотка? Что меня держало? Всё это время, я целиком и полностью зависела только от близких. Это они спасли мне жизнь… старались уберечь, защитить, а я была настолько слепа…
— Бабушка? — Я повернулась к ней всем телом, но поднять глаза не смогла от нахлынувшись чувств.
— Мм? — Она положила обе руки мне на плечи.
— Скажи, пожалуйста, а в каком месте мы были? И почему мы были там одни? — Она лишь задумчиво хмыкнула.