Моя автобиография полностью

До того как Криштиану Роналду и Уэйн Рунисоставили ядро команды, победившей в Лиге чемпионов-2008, мы шли по ухабистому пути, пытаясь внедрить в состав опытных футболистов, многие из которых не оправдали надежд. Дэвид Бекхэм ушел в «Реал», Верон собирался в «Челси», Бартеза заменил Тим Ховард, пришли среди прочих Клеберсон, Эрик Джемба-Джемба и Дэвид Беллион. Роналдиньо тоже мог оказаться в «МЮ», если бы не колебался слишком долго.

Нельзя приукрашивать то время. Мы пошли по пути покупки проверенных футболистов, чтобы те немедленно усилили команду. Клеберсону, например, было лишь 24, и он только что выиграл чемпионат мира со сборной Бразилии. Веронбыл уважаемым игроком с международной репутацией. Джемба-Джемба выступал во Франции на приличном уровне. Мы совершали простые и очевидные трансферы, и этот факт беспокоил меня. Я не люблю простые трансферы. Я люблю сражаться за футболиста, чтобы, купив его, чувствовать, что получил что-то ценное. Я любил, когда клуб-продавец отчаянно удерживал игрока. Но трансферы того времени давались легко.

Я чувствовал себя так, словно мы подписывали каждого вратаря в стране. Марк Боснич[28] — отличный пример. Покупка Боснича последовала после того, как Петер Шмейхель объявил осенью, что уйдет по окончании сезона. Новость застала нас врасплох, и мы принялись искать замену. Мы встретились с Босничем в январе, несмотря на слухи о его поведении вне поля. Я послал кого-то посмотреть, как он тренируется. Он не убедил меня, что он тот, кто нужен «Манчестер Юнайтед». Поэтому я сосредоточился на Эдвине ван дер Саре, поговорил с его агентом и отправился к Мартину Эдвардсу, который сказал мне: «Алекс, мне жаль, но я уже ударил с Босничем по рукам».

Вот это был шок. Мартин договорился с Марком и не взял бы свое слово назад, что я уважал. Но он совершил плохую сделку. Боснич стал проблемой. Его физическая готовность и работа на тренировках не соответствовали нашему уровню. Мы привели его в форму и очень преуспели.

Он блестяще сыграл против «Палмейраса» на Межконтинентальном кубке, его, а не Райана Гиггза, должны были признать игроком матча.

Но немного погодя, в феврале, мы играли в Уимблдоне, и Марк ел все подряд: сэндвичи, стейки, супы… Он пробегал по меню, и жрал, как лошадь.

Я сказал ему: «Ради всего святого, Марк, тебе же придется сгонять вес, зачем ты ешь все это?»

«Я голодаю, командир», — ответил он.

Мы вернулись в Манчестер, и Марк схватился за мобильный телефон, чтобы заказать еду на вынос в китайском ресторане. «Ты когда-нибудь остановишься?— спросил я. — Подумай, что ты делаешь». Но я не мог повлиять на него.

Марк Боснич в худшие времена

Мы с трудом приходили в себя после потери Петера Шмейхеля. Он был лучшим голкипером планеты, и мы вдруг остались без его харизмы и личности. Мы должны были заменить его ван дер Саром. Его агент предупредил: «Вам нужно поторопиться, потому что Эдвин ведет переговоры с «Ювентусом».Но поезд ушел. Я сообщил агенту Эдвина, что мы только что договорились с другим человеком, и я вынужден отозвать свое предложение.

Я должен был купить и его. Вскоре мы бы поняли, что собой представляет Боснич, и Эдвин играл бы за «МЮ» с ухода Шмейхеля и практически до того момента, как я покинул клуб. Мне не стоило тратиться на Массимо Таиби и Фабьена Бартеза. Фабьен был хорошим вратарем, но проблемы во Франции отвлекали его.

Позже мы обнаружили, что по своим качествам ван дер Сар не уступал Шмейхелю. Между ними имелись небольшие различия. Шмейхель вытягивал невероятные мячи. «Боже, как он это сделал!», — восклицал я. Он был гибким и атлетичным. В ван дер Саре я выделю спокойствие, самообладание, умение беречь мяч, организационные способности. Его стиль отличался от стиля Шмейхеля, что не умаляло его значимости. Эдвин хорошо влиял на окружающих.

Отношения Шмейхеля со Стивом Брюсом и Гари Паллистером колебались между любовью и ненавистью. Он ревел и кричал на них, а Брюс огрызался: «Вали в свои ворота, большая немецкая ватрушка».Шмейхель ненавидел это и шипел: «Я не немец». Между тем, за пределами поля они оставались большими друзьями. На поле Петер рвал и метал.

Шмейхель и Паллистер

В раздевалке ван дер Сар очень эмоционально реагировал на результаты. Он обладал сильным голосом, голландским голосом, и рычал: «Не путайтесь под ногами!»Шмейхель тоже не молчал. Мне повезло: в моей команде играли два лучших вратаря трех десятилетий. В почетном списке необходимо упомянуть Питера Шилтона и Джанлуиджи Буффона, но лично для меня Шмейхель и ван дер Сар — лучшие голкиперы с 1990-го по 2010-й.