Но Двейну Вилреду вздумалось жениться… Молодая госпожа подарила хозяину сына, истинного первенца, хоть и не пережила роды. Едва младенец появился на свет, как давно измученная засухой земля была омыта хлынувшим живительным дождем. И народ склонился перед Каем – жизнь дарующим. Так мальчишку прозвали старики в округе.
Все, что оставалось Хану, – это наблюдать за тем, как младший брат рос, и по предсмертному велению отца быть опекуном тому, кто одним своим появлением лишил его мечты. Ровно до тех пор, пока в совершеннолетие Кай не вступил в свои права, становясь законным хозяином Бренгарда.
Он же – лишь жалкая тень за его спиной. Народ так быстро забыл, кому был обязан все эти годы. Его люди – забыли. Жалкие лицемеры… Разве не он, отдавая всего себя, должен принять власть? Хан вновь взглянул на светлеющее небо и сощурился.
– Зачем ты велел прислуге заменить в твоих покоях кровать на старую – родительскую? – спросил Хан, желая сменить тему. – Отчего в замке суета? Еще солнце не поднялось…
– Должен порадовать тебя добрыми вестями. – Кай кинул на него взгляд. – Говорю тебе первому и надеюсь, что поздравишь меня, как подобает любимому старшему брату. Искренне надеюсь на это, Хан…
Нарочито веселый тон не обманул его, и Хан напрягся всем телом, немедленно ощутив ноющую боль в плече.
– С чем же мне тебя поздравить? – недоверчиво поинтересовался он.
– Я женюсь, – коротко заявил Кай.
Хан поперхнулся воздухом, и глаза его округлились. Он подступил ближе к младшему брату, вглядываясь в его лицо, словно искал опровержение сказанному.
– Что это значит?! – не сдержался темноволосый воин.
– Значит то, что я нашел хозяйку этой земле, Хан, – хмыкнул Кай, теперь с довольным видом глядя на свои владения.
Небо очистилось, и утренний легкий туман укрывал зеленые поля.
– Что?.. Как?.. – бормотал рядом Хан. – Кто?..
– Она молода, здорова, сильна духом. Значит, может подарить Бренгарду прекрасных детей. Более того, она спасла моего дорогого брата, моего единственного родственника. Так разве может быть более достойная кандидатура?
– Что?.. – отшатнулся от него Хан, не веря своим ушам.
– Александра из Морадина будет достойной хозяйкой. Люди с радостью примут ее. Я рад, что ты так поддерживаешь меня!
На загорелом небритом лице Кая сверкнула белоснежная улыбка, и он добродушно похлопал Хана по здоровому плечу.
– Я повинуюсь решению моего господина… – еле слышно пробормотал старший брат. Отстраняясь от Вилреда, он коротко склонил голову. – Госпожа Александра верно поступила, соглашаясь дать обет. Она… будет достойной хозяйкой Бренгарда…
Не дожидаясь ответа Кая, Хан широким шагом покинул смотровую площадку. Сам же Вилред вновь оперся ладонями о край ограждения, чувствуя, как порыв свежего утреннего воздуха остужает его. Молодой человек посмотрел во двор, где уже началась привычная утренняя суета.
– Все верно, – кивнул он сам себе, – она будет достойной. И конечно же оценит это доверие…
Кай нахмурился, замечая во дворе знахарку, которая окликнула двух служанок, отдавая какие-то неслышимые ему распоряжения. Хозяин замка улыбнулся, понимая, что сейчас его наивная «невеста» находится одна в своей комнатушке, и отпрянул от ограды. Тратить время зря он не собирался и вскоре уже спускался по винтовой лестнице.
Сегодня в поселении готовятся к празднику цветения солнечного тамьяна, который наверняка и в этом году застелет своим ярко-желтым покрывалом окрестные луга. Пусть люди повеселятся, это никогда не лишне. Отличным завершением дня будет представление хозяйки бренгардцам.
Александра встанет с ним на священный круг воргеса и вложит свои руки в его ладони, принимая обет. Он не кривил душой, говоря брату о своем выборе. Жалел только о том, что не мог достойно ухаживать за девушкой, сейчас находившейся за дверью, рядом с которой он остановился. Кай задержался на мгновение, давая себе обещание, что будет терпелив.
Маленькая ведьма из Морадина примет его своим мужем, а Бренгард своим домом. Эта роль даст ей свободу и безопасность, о которой она, несомненно, мечтала, особенно в последние дни. Кай постучал в дверь, а когда за ней отозвались и позволили войти, так и поступил, оказываясь в небольшой уютной комнатушке.
Алекс еще раз торопливо пригладила и без того идеально уложенные волосы и замерла у окна, ожидая, когда хозяин замка войдет. За ночь ее платье подогнали по размеру. Она уже чувствовала себя тысячу раз виноватой, понимая, что портнихе пришлось всю ночь просидеть за шитьем, при свечах.
К тому же необычная утренняя суета, а точнее сказать, беготня, начавшаяся еще до рассвета, вселяла в нее панику. Шейна все списала на приготовление к какому-то местному празднику и заверила, что Алекс волноваться не о чем и никакой опасности для нее нет. Почему-то ее слова произвели противоположное впечатление. Алекс зевнула, вспоминая, что заснула едва ли не под утро, мучаясь бесконечными вопросами, на которые не могла найти ответа.
