– А ты посмотри на это.
И Петров полез за пазуху, откуда достал пачку цветных фотографий и кинул их на колени Юрию. Тот с некоторой опаской взглянул на первый снимок:
– Что это?
– Твоя жена. Разве не узнаешь?
– Нет, это не она.
– А ты посмотри повнимательнее.
– Я что, слепой? Или не знаю своей жены? То есть я хотел сказать, не знал. Нина носила очки, и никаких кудрей у нее…
Греков вдруг осекся и внимательнее посмотрел на фотографию: вот это красавица! Тонкая талия, высокая грудь, маленькая голова гордо посажена, длинные русые волосы эффектно рассыпались по хрупким плечам. Определенно в чертах лица этой дамы есть сходство с его женой. Но эта женщина – не его Нина!
– Это не моя жена, – покачал головой Юрий Греков.
– Она просто сменила очки на контактные линзы и распустила волосы. Только и всего, – тихо сказал Володя. – Остальное – работа визажиста. Макияж и все такое. Согласись, что Нина была эффектной женщиной.
– Ах, работа визажиста! Работа визажиста…
Юрий жадно схватил фотографии и стал поспешно их просматривать, кидая на колени одну за другой. Пара снимков упала на пол, но он этого не заметил. Греков все смотрел и пытался сообразить: где это она? Зачем так разоделась? И для кого?
Вот Нина в кругу нарядно одетых мужчин и женщин. В руке у нее бокал шампанского. Она улыбается. А вот – у роскошной машины. Откидывает волосы, прежде чем сесть в нее. На другом снимке – Нина под руку с человеком, лицо которого кажется Юрию Грекову знакомым. Ну, конечно! Он видел его на обложках книг! Доктор Ко!
У Грекова возникло странное чувство. Какая женщина! Нет, это не его жена, которую Юрий видел по утрам в застиранном халате и которая, выезжая с ним на рынок или по магазинам, надевала старые джинсы и бесформенный свитер. Она не носила туфли на каблуках, предпочитая спортивную обувь. Ее старые потрепанные кроссовки и сейчас стоят в прихожей, в их городской квартире. Та Нина не носила. А эта – в туфельках на высокой шпильке, в коротком платье… Эту Нину он не знал. А если бы знал?
– И… давно она такая? – хрипло спросил Греков. – Давно моя жена ходит по ночным клубам? Тусуется с этими… – Он попытался подобрать слово.
– Знаменитостями?
– А что, здесь есть и знаменитости?
– Если бы ты читал светскую хронику, – вздохнул Володя Петров, – ты бы прозрел гораздо раньше. Последнее время там изредка мелькало ее лицо. Разумеется, не то, которое ты знал, а это, – и он кивнул на фотографии. – Она, кстати, надеялась, что ты таким путем все узнаешь, и даже хотела подсунуть тебе журнал. Кстати, один лежит у нее в спальне под подушкой. Ты хоть изредка туда заходил? – усмехнулся Володя.
Греков вновь начал лихорадочно перебирать фотографии. К этой женщине он зашел бы в спальню с удовольствием. Она красива. Она богата. Она чувственна. Так почему все это было не для него?
– Почему? – так и спросил он.
– Ты бы задал неизбежный вопрос: откуда деньги? На дорогое белье, красивую одежду, на украшения.
– Где они? – хрипло спросил Греков. – Где Нина хранила свои драгоценности? Ты ведь все знаешь! – с ненавистью сказал он. – Кстати, почему моя жена с тобой откровенничала? А?
– Потому что… я ее понимал, – сдержанно ответил Петров.
– Когда ты все узнал?
– Полгода назад. Я увидел ее фотографию в журнале. Вручали престижную кинопремию, и Нина попала в кадр. А когда спросил, она тут же обо всем рассказала. Да и какой смысл скрывать? Ведь это были честные деньги. Попросила только тебе пока ничего не говорить. Я, мол, сама. Как только наступит подходящий момент.
– А ты видел ее
– Да. Видишь ли… Нина иногда просила меня об услуге. Она не умела водить машину, и когда ей надо было добраться ночью до дома, с надежным человеком, она звонила мне и…
– Ты забирал мою жену из кабаков?! И куда ты ее отвозил? К себе?
– Между нами ничего не было, – тихо сказал Володя. – Я был ее другом.
– Другом… Она вела себя, как…
– Замолчи!
И Петров посмотрел так, что Юрий Греков осекся. Он тяжело дышал и вытирал струившийся со лба пот. Одно открытие за другим! Оказывается, его жена была шлюхой! Домой он ее отвозил! Да кто поверит? Разукрасилась! Туфельки надела! Нет, ты подумай, какая подлость!
– Попей водички, остынь, – посоветовал Володя.
– Ишь, вырядилась! А дома все скромницей прикидывалась! – никак не мог успокоиться Греков.
– Ты так говоришь, будто она у тебя что-то украла.
– Да, украла! Деньги! И удовольствие, если хочешь знать! Я, может, хотел бы лечь в постель с этой женщиной на фотографиях! С законной, между прочим, женой! А мне досталось только это… эта… – Он никак не мог подобрать подходящего слова.
– Ты хочешь сказать, что если б она была и дома такой, твое отношение к ней изменилось бы? – усмехнулся Петров.
– Да!
– А Нина так не считала.
– Оказывается, ты хорошо ее знал, – раздраженно заметил Греков. – Тебе она рассказывала все. Быть может, и о нас? Как мы занимались любовью?
– Об этом нет.
