Замечаю, что на его лице напрягается каждая мышца, брови хмурятся, а рука тянется к рёбрам, примерно в том же месте, где метка и у меня. Вскакиваю с кресла и подлетаю к нему, чтобы хоть как-то помочь. Демон начинает тяжело дышать, прикрывая глаза. Усаживаюсь перед ним на колени и беру его голову в две свои маленькие ладошки. Чёрт! Мне так неприятно, что ему сейчас больно, но я не могла этого не сделать. Я не могла иначе.
— Прости, Люцифер, — слегка поглаживаю его голову. — Потерпи, скоро пройдёт! — замечаю, что за нами находится кухня.
Быстро встаю и подбегаю к крану. Искать полотенца или хоть какую-нибудь другую ткань времени нет. Я знаю, что ему чертовски больно. Сама ощущала это на своей шкуре. Поэтому на ходу снимаю свой топ. Намачиваю его холодной водой, попутно находя глубокую деревянную салатницу, а после наполняю её ледяной кристальной водой.
Возвращаюсь к Люциферу, на лице которого выступила испарина. А он уже снял свой лонгслив и держится левой рукой за ребра. Ставлю чашу на пол и сажусь в прежнее положение.
— Позволь, я помогу тебе, — нежно прошу, аккуратно убирая его руку, и замечаю абсолютно идентичную метку, как и у меня. Прикладываю свой мокрый холодный топ к месту, которое сейчас горит у него пламенем Преисподней.
— Как ты это вообще вынесла? — спрашивает мой мейт вымученным голосом, откидывая голову назад.
— Не могла же я бросить вас! Не дождётесь! — пытаюсь хоть как-то разрядить обстановку.
— Ты Великая девушка, Вики, — хрипотца всё больше проступает в его голосе. — Ты с каждым днём восхищаешь меня всё больше и больше… — промакиваю топ ещё раз, чтобы охладить, и прикладываю обратно. — Сука! — схватывает Люцифер мою руку, что держит тряпку у его рёбер.
Мне больно смотреть на его мучения, от которых ему хочется выть в голос, но демон сдерживает себя, не показывая своей слабости.
— Скоро пройдёт, — шепчу ему, больше успокаивая себя, потому что мой голос дрожит, а слёзы застилают глаза.
За считанные дни он стал для меня не просто соулмейтом. Он стал мне дорог. Нет, это не влюблённость, однозначно нет, хотя я чувствую, как она начинает зарождаться между нами. А смотреть на человека или же в моём случае, демона, которому больно, в первую очередь, больно мне.
Ему ни черта не помогает моя помощь, поэтому встаю с колен и усаживаюсь на демона, крепко обнимая его за шею. А Люцифер в ответ крепко обнимает меня за талию, сильно прижимаясь ко мне, располагая свою голову лбом к моим ключицам, утыкаясь в грудь. Нет, в этом нет ничего пошлого. Просто сейчас два существа сидят в обнимку, понимая, какую боль пришлось каждому из них вытерпеть.
И пытаются при этом забрать боль, нанесённую ими же. Но такую боль невозможно забрать. Будь то связь соулмейта или же обычные отношения. Любое оскорбление, недоверие, предательство, измена — приносят неизмеримую душевную боль, которую залечить просто невозможно, она будет заживать долго, а потом в любой момент может исчезнуть. И воспоминания не будут больше приносить сдавливающее чувство в душе…
— Прости меня… — шепчет демон.
— И ты меня… — мне тоже есть за что просить у него прощение…
Не знаю, сколько мы так просидели, минут десять, а может, час. Для нас время в своих мыслях пролетело незаметно.
— Не хочешь пропустить завтрашний учебный день? — спрашивает демон, откидываясь на спинку кресла, чтобы заглянуть мне в глаза, по-прежнему не выпуская из своих рук, и смотрит с лёгкой улыбкой.
— Меня будут искать, — обречённо отвечаю, ведь провести день в этом чудесном месте, так и в обществе Люцифера, мне хочется. — Я ведь не сын Сатаны, которому можно появляться только тогда, когда он захочет! — припоминаю урок-практики Крылоборства и улыбаюсь.
— На тебе амулет, — проводит рукой по цепочке. — Мими прикроет тебя, а если что-то пойдёт не так, то тебе ничего не сделают. Я не позволю…
Его рука опускается к моей метке, но не касается её, будто спрашивая разрешения, которое я даю. Беру его ладонь в свою и прикладываю её на метку, а второй своей ладонью накрываю его метку, которую он ждал на своём теле больше пятнадцати веков. Мы соприкасаемся лбами и наслаждаемся своей особенно интимной обстановкой, которую насыщает лунный свет и отблески огня.
— Спасибо… — шепчет мне демон, убирая осторожно свою руку от моей метки, а я отзеркаливаю его действие и аккуратно встаю с него, но продолжаю смотреть в красные глаза. — Пойдём наверх, тебе надо одеться. Здесь прохладно, а тратить энергию впустую не стоит, — предлагает Люцифер и встаёт с кресла, хватая меня за руку.
Поднявшись по лестнице, мы заходим в огромную светлую спальню с панорамными окнами. Белая большая деревянная кровать, две прикроватные тумбочки такого же оттенка, напротив неё — чёрный шкаф. Всё из дерева, даже стены обиты им. Пару меховых шкур на полу, люстра, пару больших черных свечей с потёкшим воском.
Люцифер что-то ищет на полках шкафа, пока я разглядываю обстановку, не стесняясь того, что я полуголая.
— Держи, — протягивает мне чёрное худи.— Оно будет огромным тебе, но зато должно быть тепло.
