Светка ждала меня в машине. Она сидела с открытыми дверцами, слушала музыку и листала женский журнальчик, который прикупила в стоящем неподалеку киоске.
– Ну, ты долго! – начала ворчать подруга. – Я уже и перекурить успела, не дождалась тебя…
– Слушай, Свет, дело к вечеру… Мне сейчас надо съездить в одно место, – сказала я, – так что мы, наверное, расстаемся.
– Хоть домой меня подбросишь? – Подруга недовольно захлопнула журнал и бросила его в свою сумку.
– Подброшу. И даже поймаю.
Я села на свое водительское место, взяла у подруги ключ и вставила его в замок зажигания.
Домой я приехала почти в шесть. Заварила кофе, достала из сумочки сигареты и устроилась с ногами в кресле. Итак, подведем некоторые итоги. Что мне сегодня удалось узнать нового?
Утром я встретилась с Виталием Яковлевичем, и он признался мне, что тот вечер и ночь провел с какой-то девицей легкого поведения. Потом я поехала к его супруге в магазин, побеседовала с ней. И выяснила то, что Маргарита Игоревна что-то от меня скрывает. Похоже, у нее не совсем твердое алиби: вроде как она проводила инвентаризацию в магазине, но в то же время ее страшно раздражало мое желание поговорить об этом с ее продавщицами. А может, пока ее девочки считали кастрюли и сковородки, она слиняла из магазина, взяла припрятанный заранее пистолет, приехала на квартиру к сопернице и – ба-бах в нее?! Значит, надо будет спросить у продавщиц Маши и Даши, не отлучалась ли их хозяйка в тот день из магазина хотя бы ненадолго.
Далее. Завтра, прямо с утра, надо будет позвонить Мельникову и узнать, не появилось ли у него что-нибудь новое в деле Удовиченко. Как-никак они тоже проводят свое расследование, и, чтобы мне не ходить за ними по пятам и не выяснять то, что им давно известно, нам надо обмениваться новостями.
А сейчас у меня только одна важная и неотложная задача – найти рыжую Эмму.
В начале восьмого я выехала из дома и отправилась на улицу Столичную. Здесь по вечерам тусовались девушки, не обремененные моральными устоями. По словам Удовиченко-старшего, слушательницу его душевных излияний он снял именно здесь.
Я медленно ехала по улице, высматривая стайку девушек. Но, доехав почти до самого вокзала, не увидела ни одной. Постояв минут десять и перекурив, я так же медленно поехала по этой улице обратно, вниз к Волге. И опять мне не повезло никого увидеть. Только с третьего захода я обнаружила в одном месте трех девушек, одетых довольно крикливо, которые курили и кучковались возле дороги, посматривая на проезжавшие мимо машины.
Я остановилась возле них и высунулась в окно. Рыжих среди них не было, но меня это не смутило:
– Девчата, а не подскажете, Эмма сегодня работает?
– Это какая такая Эмма? Не знаем никакой Эммы. – Жрицы любви смотрели на меня с вызовом и усмешкой.
Я поняла, что так они говорят на всякий случай.
– Рыжая Эмма. С длинными волосами, – терпеливо объяснила я.
– Тебе-то она зачем? – засмеялись девушки. – Ты, подруга, случайно, адресом не ошиблась? Может, тебе лучше стриптизера на дом вызвать?
Я тоже улыбнулась.
– Брату хочу подарок сделать. У него сегодня день рождения, ему двадцать исполняется, – весело соврала я.
– А, ну тогда понятно. – Одна из жриц достала мобильник и набрала какой-то номер.
– Эмма! Тут до тебя дело есть… Подруливай!
Через несколько минут к кучке подбежала рыжеволосая девушка. Я внимательно посмотрела на нее и мысленно согласилась с Удовиченко-старшим: она действительно была похожа на его возлюбленную: и пышными формами, и длинными рыжими волосами.
– Это вы меня спрашивали? – Эмма заглянула ко мне в машину.
– Я. Падай, – я открыла переднюю дверку.
– Вы, извиняюсь, для себя или?..
– Или. Падай!
– У меня ставка…
– Не имеет значения. Заплачу, сколько скажешь.
Мы тронулись и поехали вниз по улице.
– Учтите: я деньги беру вперед! – предупредила рыжеволосая.
– Я рада за тебя.
– Вам как: на час или на ночь?
– Там видно будет…
Я зарулила в один тихий безлюдный дворик и остановила машину, заблокировав двери.
– Э-э! Ты чего?! – сразу напряглась Эмма.
– Слушай меня внимательно, – строго начала я, поворачиваясь к ней лицом. – У меня к тебе только пара вопросов…
– Ты что, из ментуры, что ли?
– Отстаешь от жизни, – пожурила я мою новую знакомую, – сейчас ментуры уже нет.
– Ну, из полиции, какая, блин, разница?! Как вас ни назови, менты – вы и есть менты!
– Я не из полиции, успокойся! Я – частный детектив. Ответь на мои вопросы, и можешь быть свободна.
– Вот черт, а! – выругалась Эмма, хлопнув себя по коленке.
Я между тем достала из сумочки фотографию Удовиченко и показала ей:
– Ты этого человека знаешь?
– Никого я не знаю! – даже не взглянув на снимок, крикнула она. – Открой дверь, я выйду!
– Перебьешься. Пока не ответишь на мои вопросы, никуда ты отсюда не выйдешь. Мало того, я тебя сейчас отвезу кое-куда, и большие строгие дяди в форме объяснят тебе, подруга, что то, чем ты занимаешься, называется не иначе как проституцией и наказывается…
– Да ладно, ладно!.. А ты точно не из полиции?
