– Да? И почему же?
– Скорее всего, мадам Удовиченко подозревала, что кто-то из ее мужчин имеет связь с этой девицей и пропавшие вещи – это следствие их благосклонности к своей пассии. Говоришь, потом, после ухода из дома Удовиченко, девушка принимала на квартире и папочку, и сыночка?! Правильно, чего теряться! Небось и подарки с обоих брала, – усмехнулась я.
– Да, похоже, что так, – кивнул Андрей, шумно потягивая чай. – В квартире нашли кое-какие украшения… Причем одни дорогие, другие – не очень. Думаю, те, что дорогие, дарил девушке отец, а те, что подешевле, – сын.
– И ведь никто не доказал, что девушка воровала украшения, пока работала в доме. Может, действительно «бедный» студент сам тырил их у родной мамочки для своей дамы сердца… А версию, что убил сын, вы не рассматривали?
– Да почему же?! Рассматриваем и ее. Все рассматриваем, причем под лупу. Но я же сказал: следствие еще только началось, материал собирается…
– Но папочка в роли убийцы тебе нравится больше?
– При чем здесь нравится или не нравится? Просто соседка видела, как он приходил к девице в тот день, и слышала шум ссоры. А поругаться, как я сказал, они успели два раза, хорошо так поругаться, соседка даже им в стену стучала: мол, потише там, а то сериал мешаете смотреть!
– Соседка, конечно, бабушка – божий одуванчик, – предположила я.
– С чего ты взяла?
– Кто еще смотрит эти «сопливые» сериалы!
– Да, соседка – пенсионерка, но ей не девяносто восемь с половиной, она все прекрасно слышит и видит…
– В дверной глазок.
– Да хоть бы и так! Что бы мы вообще делали без таких вот бдительных бабулек-пенсионерок?!
Я отставила свой пустой бокал в сторону:
– Да, ты прав… Спасибо тебе за чай, Андрюша. Пойду, пожалуй, не буду отвлекать тебя от работы.
Я встала, Мельников тоже поднялся со своего места:
– Тебе спасибо, что навестила, проведала… Как ты там… вообще?
– Ничего, как видишь, жива-здорова, работаю…
– А я просто пашу, как верблюд на целине!
– Сочувствую вам, господин полицейский, и надеюсь еще увидеться с вами. Ну, пока!
Я направилась к двери. Мой друг пошел меня провожать:
– Давай, мать, наведывайся хоть изредка!
– Наведаюсь, не сомневайся, еще выгонять меня будешь!
Я вышла из здания РОВД и направилась к своей машине. Тут мой взгляд случайно упал на стоящую неподалеку «Ниссан Ноту» оливкового цвета. В ней на водительском месте сидела та самая мадам Удовиченко, которая плакала в кабинете Мельникова, уговаривая его выпустить ее невиновного мужа. Женщина почему-то до сих пор не уехала домой, хотя было непонятно, чего она собирается здесь высидеть?
Не знаю зачем, наверное, просто по какому-то наитию, но я подошла к ней. Женщина смотрела прямо перед собой невидящим взглядом. Когда я приблизилась, она медленно перевела взгляд на меня. Глаза ее были красными, значит, она наплакалась тут всласть, пока мы с Андреем мирно беседовали.
– Извините, – сказала я, – мы, кажется, сейчас виделись в кабинете Мельникова…
Дама посмотрела на меня и невесело усмехнулась:
– А у вас кого посадили?
– У меня? – растерялась я. – Никого… А что, должны были?
Только тут до меня дошло, что она имела в виду.
– Нет, у меня никто из родственников не арестован, к Мельникову я приходила как к другу. Он рассказал мне в двух словах, что у вас случилось. Я частный детектив, меня зовут Татьяна Иванова, и мне кажется, что я могла бы помочь вам. Если, разумеется, вы сочтете нужным нанять меня.
Женщина удивленно покосилась в мою сторону:
– Детектив? А что это?
– У меня – лицензия, я могу участвовать в расследовании любого уголовного дела, частным образом, разумеется. Меня нанимают проследить за кем-нибудь или…
– А! – вскрикнула мадам Удовиченко. – Я поняла… Господи, ну, конечно! Именно вы мне и нужны! Как это я сама не догадалась? Скорее садитесь в мою машину.
Я опустилась на пассажирское сиденье ее «Ниссан Ноты». Как здесь, однако, комфортно и красиво! Но любоваться внутренним дизайном салона мне довелось недолго. Мадам мгновенно взяла быка за рога:
– Меня зовут Маргарита Игоревна. А вас, Татьяна, как по отчеству?
– Александровна, но давайте обойдемся без моего отчества, мне так удобнее.
– Хорошо. Так, я поняла, что могу вас нанять для того, чтобы вы расследовали это дело сами, без милиции? – уточнила Маргарита Игоревна.
– Параллельно с милицейским расследованием, – уточнила я. – Но это не говорит о том, что им не будут известны его результаты.
– И вы можете сделать так, чтобы моего супруга отпустили?
– Разумеется. Мало того, я просто уверена, что он не убивал ту девушку, вашу горничную.
– Бывшую горничную, – мгновенно поправила меня дамочка. – Вот уже полгода, как она покинула наш дом… Черт! Мне надо было сделать это раньше…
– Что «это»? – уточнила я. – Выгнать ее?
– Разумеется! Как я вообще могла принять ее, ума не приложу!..
– Ну, теперь-то об этом поздно сожалеть, а вот вытащить вашего супруга из этой неприятной истории, думаю, я вам помогу. Маргарита Игоревна, моя ставка…
