– Что?.. – неприятно поразился Георгий. – Пару тысяч? Да она спятила. Слушай, давай ты не будешь с ней больше дела иметь. Мало ли сдающихся квартир!
– Но ты сам видел, в иные войти страшно, – напомнила Ольга. – Помнишь, ты чужой волос на простыне увидел, весь перекривился тогда?
– Кстати. Белье – простыни все эти – можно с собой приносить, я давно хотел сказать. А то хозяева дерут деньги якобы за чистоту, но все равно же противно.
– Я подумаю, – коротко ответила Ольга. Ей вдруг стало неприятно. Она-то думала о свиданиях с Георгием как о редких минутках счастья, а он, оказывается, каждый раз «мониторил» те места, где эти свидания происходили. Может, и Ольгу он воспринимает не как возлюбленную, а как некий объект, служащий для удовлетворения его желаний? – Да, а кто белье будет приносить?
– Ты, – не раздумывая, ответил Георгий. – Ну не я же… Потом постираешь, ведь есть же у тебя дома стиральная машина! И никаких дополнительных усилий это не требует, никаких лишних трат и лишнего времени…
– Да, ты прав, – согласилась Ольга.
Почему ее возлюбленный вдруг разозлился из-за подобных пустяков, Ольга не понимала. Хотя, если вспомнить, раньше она делала все именно так, как он просил ее. А тут получается, единственный раз что-то пошло не так, и Георгий показал свой истинный характер?..
Они направились к постели, и Ольга специально решила не «подыгрывать» своему спутнику: «Буду лежать бревном, что он скажет тогда?»
Но все произошло слишком быстро, слишком просто и, вероятно, скучно. Во всяком случае, у Георгия надолго застыло на лице выражение недоумения и растерянности.
Он лежал на спине, закинув одну руку за голову, и таращился в потолок.
– Да что с тобой сегодня такое? – прошептала Ольга и провела ладонью по его плечу.
– Со мной? Это с тобой что-то, – Георгий не выдержал, наконец, зашевелился, повернулся лицом к ней. – Послушай, у меня так мало времени… Редкие минуты наперечет, которые я могу провести с тобой, а ты так безразлична ко мне! Вот что это сейчас было, не понимаю? Этак я мог дома сегодня остаться, сам с собой… Тот же результат получился бы!
– Но все же хорошо…
– Где хорошо? Я уже не мальчишка. Со мной нельзя так!
Раньше Ольга непременно расстроилась бы, почувствовала бы свою вину. Но после разговора с Надей у нее в голове и правда все как-то перевернулось.
– Гоша… ты меня любишь? – прошептала она печально.
– Конечно, люблю!
– А кого больше: жену или меня?
– Оля! – Он в отчаянии сморщился, затем сел рывком. – Вот что ты такое творишь, я не понимаю…
– Куда ты?
– Домой, куда!
Георгий принялся торопливо одеваться, руки у него дрожали.
Ольга не собиралась его останавливать, внутри у нее, там, где сердце, словно заледенело все, холод протянулся до кончиков пальцев. «Все кончено», – подумала она. В первый раз они поссорились с Георгием, и так серьезно.
– Ты совсем уходишь? Ты больше не хочешь меня видеть? – спросила она с тоской.
– Откуда я знаю? Я ничего не знаю, я ни о чем сейчас не могу думать… Господи, детка, вот зачем ты меня мучаешь? Ты с самого начала была в курсе моей ситуации… Ты слышала, что я женат и не могу оставить Варю, и все эти разговоры про то, кого больше люблю, – лишние… Мне больно!
Несколько секунд Ольга сидела неподвижно, словно все еще скованная льдом, но затем словно что-то закипело внутри, лед растаял и из глаз потекли горячие, обжигающие слезы:
– Стой! Гоша, стой! Прости меня! Ну, прости! – Она обнаженная бросилась ему наперерез, обняла.
Георгий пытался оторвать от себя ее руки, Ольга не отпускала его. Наконец, он замер в каком-то неподвижном отчаянии:
– Ты думаешь, у меня так много сил, чтобы терпеть все эти скандалы? Ты забыла, сколько мне лет? Ты хочешь, чтобы я вот прямо тут упал и умер?
– Почему?
– Потому что я веду двойную жизнь, а это нелегко!
– Так ты хочешь бросить меня? – ужаснулась Ольга.
– Нет. Больше всего на свете я хочу, чтобы ничего не менялось. Я люблю тебя, детка, но Варю я тоже бросить не могу, я тебе тысячу раз твердил.
– Знаю, знаю, – успокаивающе произнесла Ольга. Кажется, Георгий тоже потихоньку начал приходить в себя: он вздохнул, потерся подбородком о ее макушку.
– Тогда что это было сейчас?
– Просто я ревную тебя.
– Не надо.
– Да, да… Прости меня!..
Они помирились.
Георгий остался, и все то время, что у них оставалось до 15–00, Ольга буквально не отпускала своего возлюбленного из объятий, она не могла на него надышаться.
Потом, в назначенное время, они все-таки покинули съемною квартиру, Георгий сразу ушел, а Ольга дождалась хозяйку, вернула ей ключи.
