Старался не смотреть ей в глаза. Больше никто не должен страдать.
— Аид, я… — она сделала еще шаг навстречу.
Но я отступил назад.
— Не стоит.
— Но…
— Не стоит нам больше видеться. Было глупо устраивать весь этот цирк. Я увлекся ребяческими проделками с братом. Оставайся в царстве. Нет никаких условий и ограничений. Отныне каждый из нас сам по себе.
— Что ты такое говоришь?! А как же твои слова? Обещание? Ты хотел сделать меня счастливой, помнишь? — с каждым словом она становилась все ближе, пока не оказалась совсем близко.
— Я лишь держу свое слово… — прошептал я.
— Что?
— Уходи.
— Нет! — девушка кинулась обнять меня, но я не смог бы выдержать этого.
Грубо оттолкнул ее и добавил:
— Убирайся! Я не хочу тебя видеть!
Голос потерял былую стойкость, переходя в отчаянье.
— Я не могу тебя больше видеть… — вновь повторил уже тише.
Слезы вновь покатились по ее щекам. Еще какое-то время, она просто стояла и смотрела на меня. Еще никогда я не чувствовал себя так плохо от одного взгляда. Внутри меня что-то сжималось, тянуло и давило. Каждый вдох приносил еще более отвратительные ощущения. Хотелось вырвать руками из груди то, что способно причинять невыносимую физическую боль самому богу. Я отвернулся. Отвернулся, чтобы не потерять остатки уверенности в содеянном. Я решил, уничтожить все, что было между мной и обычной душой. Так было правильно. Так было нужно.
Харон
После очередной неудачи я присел на пол у дверей Аэллы, стараясь прикинуть чем бы мог ей помочь. Вот уже два дня после разговора с Аидом она никого не пускала в комнату, и сама не появлялась ни на минуту. Чувство огромной вины осадило плечи. Казалось, я мог предотвратить это, рассказать о Персефоне, о том, что умолчал Аид. Но я не сделал ничего. Скорее всего, не хотел расстраивать ее, верил, что все образуется само собой наилучшим для всех образом. Повелителя я не винил. Думаю, он вполне мог быть солидарным с моими размышлениями и надеждами.
— До сих пор там сидит?
Подошла рыжая девушка и бесцеремонно уселась совсем близко.
— Да… Я видел тебя на свадьбе. Ты поддерживала ее.
— Старалась.
Светлые глаза незнакомки заметно погрустнели, но даже это не избавляло их от маленького задорного огонечка, живущего внутри.
— Я Талия. А ты Харон, верно? Наслышана о тебе. Нелегко, наверное, каждый день видеть столько умерших душ… Слезы, отрицание, гнев… И все выливается на тебя одного. Я училась технике расслабляющего массажа, хочешь попробовать?
Мало того, что растерялся с ответом, я, кажется, вовсе забыл, как дышать. Удивленно рассматривал ее множественные веснушки и ямочки на щеках.
— Ладно, извини, — засмеялась она. — Глупая шутка. Я видела, ты теперь вместе с Гекатой. Мне ее точно не переплюнуть. Хотя, ты вполне ничего.
Талия окинула меня оценивающим взглядом.
— Привык быть суровым? Понимаю… Я вот не такая. Хоть и работа у меня не очень веселая, но стараюсь себя поддерживать…
Уверен, она говорила что-то еще, но никак не мог сконцентрироваться на сути слов. Ее речь лилась словно приятная музыка, такая чарующая и гипнотизирующая.
— Я тебя заболтала, наверное…
— Нет. Мне нравится тебя слушать.
— Мне еще никто такого не говорил, — Талия засмеялась, вновь демонстрируя забавные ямочки.
— Попробуй, может тебе удастся достучаться до Аэллы. Мне не открывает.
— Думаю, еще не пришло время. Она хочет сама справиться с этим. Может стоит довериться ей и просто подождать? Ты не подумай, я ей только лучшего желаю. Но, что мы сейчас можем ей дать? Разбитое сердце добрым словом не вылечишь…
— Возможно, ты и права… — я вдруг ощутил свою беспомощность.
Было глупо считать, что в моих силах уберечь ее от этой боли. Но глупость это или самодовольство, с правдой придется смириться. Я поднялся и отряхнул традиционный балахон.
— Пойдем, сделаю тебе успокаивающий чай… — Талия подскочила и поманила за собой. — И про то, что умею делать массаж, я не шутила… — шепотом добавила, подмигнув с особым очарованием.
Словно завороженный, я отправился следом.
***
Аэлла
Послышался настойчивый стук в дверь.
— Харон, уходи! — крикнула я в ответ, не желая подниматься с кровати.
— Преимущество повелительницы царства мертвых — могу входить в любую комнату, куда только пожелаю. Даже игнорируя слабое волшебство. Как тебе удалось опечатать вход?
В спальне стояла Персефона в привычном черно-белом наряде и с надменной улыбкой.
— Ты? — я приподнялась на кровати. — Что тебе нужно?!
— Зайка, ну зачем так грубо? Мы же с тобой не враги, — богиня присела на край постели. — Я пришла поддержать тебя.
— Что-то слабо верится. Ты меня презираешь и ненавидишь… я бы на твоем месте чувствовала примерно это.
Персефона засмеялась.
— Ты часто пытаешься прикинуть, что думают богини? И как, получалось хоть раз попасть в точку?
— Вообще-то, нет…
