Пен заходит в «Кофе Комиссэри» и находит взглядом Битла. Без костюма для сноуборда он — кожа да кости. Пен подходит ближе и видит, что он играет в видеоигру на своем компьютере. Когда она училась во втором классе, отец вытащил ее с урока в жаркий сентябрьский день, и они пошли в зал игровых автоматов и поиграли в «Черепашек-ниндзя». После этого они ели пиццу в пиццерии на Малберри-стрит, и отец объяснял свою теорию о том, что мы все живем в видеоигре. Он часто возвращался к этой метафоре, когда говорил о прыжке в другую симуляцию. «Не хочешь попробовать другую игру?» — спрашивал он.
Битл ставит свою игру на паузу, когда видит, что Пен садится напротив него.
— Ты получил какой-нибудь ответ? — спрашивает Пен.
— Я разместил сообщение в Даркнете.
— И?
— Думаю, что его получили. Или, по крайней мере, кажется, что кто-то пытался его получить. Откуда-то еще.
Пен резко выпрямляет спину, словно ее окатили ведром кофеина.
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, похоже, что кто-то из-за пределов Даркнета искал именно твое сообщение. Как будто из другого места.
— Мой отец…
— Не знаю. Но, думаю, кто-то пытается его скачать. Кажется, они могут получить к нему доступ.
— Почему ты так думаешь? — спрашивает Пен.
— Потому что кто-то нажимал на сообщение, но не произведено никаких загрузок.
— Что нам делать?
— Могу попробовать повысить его доступность с помощью нестандартных средств.
— Каких?
— Использовать нетрадиционное программирование. Вроде цифрового магнита.
— Хорошо. Давай это сделаем.
— Конечно. Только… такой специальной программы не существует. Я должен буду перенастроить другую. Это много работы.
— Сколько?
— Работа стоит шесть штук.
Битл отводит глаза. Как делают лжецы. Но Пен напоминает себе, что программисты обычно не мастера общения.
— Я могу перевести тебе деньги сегодня, — говорит она.
— Нет гарантий, что программа сработает.
— Я хочу это сделать. Все в порядке, я должна скоро получить контракт на фильм.
Пока ее агент, Дэниел, смотрит три видео, два с Джоди и одно с Марти, Пен продолжает думать о Битле и об отце.
— Весьма интригующе, — говорит Дэниел. — Просто бомба.
— Я еще даже не добралась до интриги.
Она хочет показать Дэниелу четыре записи, в которых Марти говорит про «О».
— Ну, презентация должна быть не больше двадцати минут. Это максимум. Ты давай доработай подачу и начни ее репетировать, а я договорюсь о встречах.
Тиф бывала в таких домах. Чистила их, не притворяясь заинтересованной в покупке. Когда она получит деньги за картины, купит огромный дом. Не придется больше платить аренду, как лохушка. Не придется бояться первых чисел каждого месяца.
Несколько часов назад Тиф позвонила на работу и попросила Глорию выписать ей фальшивую квитанцию, подтверждающую ее заявление, что сегодня она работает на Голливудских холмах. Глория возразила: это, мол, противоречит ее морали. Но потом согласилась и выжала из Тиф сотню баксов.
Риэлтор, женщина-мышка по имени Кэт, подходит к Тиф в кухне, которой прежде владел Честер Монтгомери.
— Вы уже написали?
Тифони пишет выдуманное имя и фальшивый адрес электронной почты. Она решает осмотреть одну из спален, чтобы не выглядело, как будто она идет прямо в подвал.
— Мэм.
Тиф поворачивается и видит, что риэлтор смотрит на нее.
— Мы просим, чтобы дом посещали только серьезные потенциальные покупатели.
Тиф следует за взглядом риелтора к своим ногам, где ее длинное платье преподнесло неприятный сюрприз, застряв в мониторе на щиколотке.
Тиф указывает на других посетителей и шепчет:
— Хотите, чтобы я разболтала о том, как был убит владелец, или позволите мне спокойно побродить по дому?
Риэлтор фыркает и уходит.
Стены подвала украшены гравировкой: концентрические круги, создающие впечатление движущихся стен. Мужчина в костюме словно загипнотизирован стенами. Он и Тиф улыбаются друг другу. Как только он поднимается наверх, Тиф бежит к основанию лестницы. Находит там что-то похожее на электрораспределительный щит. Открывает его и видит внутри рычажок. Она поднимает рычажок, и потайная дверь открывает ей секретную комнату.
Но картин нет. Только вино. Не меньше пятидесяти бутылок красного вина.
— О черт…
Тиф слышит шаги над головой. Она выбегает и спешит к лестнице. Но потайная дверь в секретную комнату остается слегка приоткрытой. Она думает повернуть назад, но уже поздно. Мужчина и женщина спускаются по ступенькам, и Тиф не хочет, чтобы ее застукали за шпионажем.
Она проходит мимо пары, приветственно им кивая, так и оставив потайную дверь приоткрытой.
Тифони готовит сэндвичи с жареными яйцами, а Гэри играет на полу с игрушечными динозаврами и свежими овощами и фруктами. Тиф любит готовить сэндвичи с яйцами, когда она что-то празднует или когда ей нужно отвлечься. С того дня открытых дверей ее не отпускают мысли о том, бросить ли ей эту охоту за сокровищами.
Гэри, разыграв эпическую битву между трицератопсом и огурцом, разглядывает апельсин.
— Мама, а почему он называется апельсин?
